Пелагея и принц осени

– Аутентичная ты наша и самобытная, – с горечью обратилась Юлиана к Пелагее, даже не думая скрывать зависть, – как полагаешь, в каком направлении ушли мои вредители?

– Полагаю, они ушли к лодке, – выдала Пелагея, не помедлив в раздумьях даже секунды.

– Пф-ф-ф! – сказала Юлиана. – К лодке. Да как бы ни так!

Она вознамерилась двинуться в самую гущу безудержной столичной жизни, потому что там располагался ресторан, где она так или иначе собиралась если не поесть, то хотя бы напиться в честь своей неполноценности.

Но Пелагея была непреклонна. Она отлично запомнила маршрут от лодки до агентства и теперь одна, в своём чудном платье с рюшами и цветочным узором, как белая ворона, топала по пешеходной зебре на зелёный сигнал светофора.

Благо, хоть не на красный, подумала Юлиана и, ругнувшись сквозь зубы, рванула к подруге. Лодка, так лодка. Может, хоть у Джеммы, осьминожьей души, какие-нибудь новости есть.

Лодки, катера и яхты мирно покачивались на волнах Глубокого моря. Волны вползали на берег и, слизывая янтарный песок, с таинственным шёпотом удалялись восвояси.

Псы и правда обнаружились у причала. Они лениво возлежали перед входом в плавучую пристань (выдохлись, наверное, пока нелегально по городу шастали), и лишь при виде грозной хозяйки, которая приближалась к ним в сумерках, виновато завиляли хвостами.

– Ну паразиты! – крикнула Юлиана. – Я ведь сказала у входа ждать.

Белый мохнатый Кекс тявкнул что-то в своё оправдание, но, встретив её гневный взгляд, незамедлительно уткнулся мордочкой в песок.

– Так, а лодка наша где? – заозиралась Пелагея.

– Лодка ваша вот, – подала голос Джемма, подгоняя судёнышко к берегу. – Вас не взяли? Уже отчаливаете?

– А вот нетушки, – с лёгкой гордостью сказала Юлиана. – Нас взяли, так что мы никуда не отчалим в… э-э-э… ближайший месяц. Да, Пелагея?

– Где-то так, – подтвердила та.

– В таком случае… – Тут Джемма опять выпустила на волю свою острозубую улыбочку. – Не разрешите ли вы мне присматривать за лодкой в течение этого месяца?

– Да какие проблемы, – без задней мысли махнула рукой Юлиана.

– Ты показала себя с лучшей стороны. Как-нибудь в знак благодарности мы принесём тебе гостинец.

Сумерки сгустились, и ночь завладела Нимерией под лирический фортепианный блюз, который теперь доносился чуть ли не из каждого ресторанчика.

Юлиана и Пелагея отказались от идеи переночевать в лодке. Завтра им предстояло вновь явиться в агентство, только теперь уже не в качестве конкурсанток, а в роли практиканток.