Пелагея и принц осени

Ничего себе при падении не повредив, они с заливистым лаем побежали к чему-то гигантскому, что шумело и гудело под хмурыми небесами.

Море.

Они очутились у моря. И, проморгавшись, Кю мгновенно определил:

– Да это же пляж Нимерии! Мы в столице! Но как…

– О нет! – трагически возопила Юлиана. – Моя яхта! Она осталась в стране Жёлтых Полей! Что ж делать-то теперь?

Смерч из сундука был определённо наделён разумом, раз перенёс их не куда-нибудь, а прямиком в столицу Нимерии. Где-то там, в городских дебрях, наверняка шли съёмки сериала про вампира, где у Ли Тэ Ри была ключевая роль.

Где-то в лабиринтах агентства «Эс-Эм-Энтер… что-то там» уже сновали взмыленные служащие, а группа «Суп и Пелагея» без Кю и без Пелагеи отрабатывала движения нового танца для клипа.

На пляже, куда их выбросило, не было ни души – только какой-то пожилой господин от их внезапного появления нервно затянулся сигаретой, сплюнул и подобру-поздорову скрылся за сваями пирса.

Стояло чрезвычайно пасмурное утро. Ветер под тучами носился влажный и промозглый, и тонкие льняные туники, уж конечно, от холода не спасали.

– Надо было лучше одеться, – сказала Юлиана, – перед тем как идти сундук открывать.

– Солнца бы сейчас, – повздыхал Кю.

И Пелагея вдруг вспомнила об одной своей полезной сверхспособности. Она хлопнула в ладоши, подняла глаза к небу – и тучи послушно разошлись, явив миру сочные краски восхода.

Юлиана уставилась на неё в изумлении: она как-то позабыла, что её подруга немного волшебница.

– Вот это да, – поразился осенний принц.

Пелагея пытливо посмотрела на него. А что если и с ним попробовать?

Она произвела магический хлопок перед самым его носом, мысленно повелев влюблённости покинуть его сердце и все прочие органы. Прошла минута, другая. Кю воззрился на Пелагею, как на божество.

– Ты такая красивая, – с трепетом вымолвил он и обеими руками пылко схватил её за руку.

Между тем по зову шестого чувства на пляж прибыл Ли Тэ Ри – жену встречать. Прямо со съёмок прибыл, в вампирском плаще, с вампирским гримом и жутковатой вампирской причёской.

Он был диво как хорош, и даже гримаса брезгливости гармонично вписалась в его образ.

– Надо полагать, это у вас случайность. Досадная случайность, да?

В его словах послышалась сдержанная горечь, еле уловимая насмешка. Он указал подбородком на страстный захват осеннего принца, и тот быстро разжал пальцы.

Пелагея потупилась. Ну вот что за невезение? С погодой приём работает, а с человеческим сердцем – никак.