Наизнанку

А когда ты похож на озлобленного неудовлетворенного бульдога, которому недавно выдали пушку, шанс остаться незамеченным тает прямо на глазах.

– Ты, что ли, главный?

– А ты кто? – «бульдог» закурил и улыбнулся, демонстрируя неправильный прикус, его нижняя челюсть довольно сильно выпирала, делая сходство с собакой неоспоримым.

– А ты кто? – я следил за ним боковым зрением, не поворачивая головы. Толпа за его спиной стала двигаться, отпуская нервные смешки. Двор у административного здания опустел, пропали даже грузчики.

– Я тебе вопрос задал! Мы с друзьями приехали помочь тебе, потому что Моисей сказал, что ты не справляешься, – прохрипел он и поставил ногу на колесо моей машины.

– Ты процитировал?

– Не понял…– парень рефлекторно прошелся пятернёй по лысому черепу.

– Ладно, проехали! Это твои друзья? – я сел, внимательно рассматривая толпу клонов.

Они все как один были одинаково одеты, отличаясь друг от друга только длиной волос. Те, кто помоложе, не были гладковыбритыми, а вот гости из девяностых сверкали блестящим скальпом.

Классика жанра. Их нужно в музей сдать, как достояние прошлого.

– Ага. Это лучшие! Я тщательно выбираю друзей, – прошептал он и, издав отвратительный гортанный звук, харкнул.

– Придурок! Нужно тщательно выбирать не друзей, а врагов, – я дернул ногой, цепляя «бульдога» под колено и потянул вверх, лишая опоры.

Тучное тело стало заваливаться назад, он рухнул на землю, поднимая сухую пыль в воздух. Я присел на корточки рядом, сильно придавливая коленом грудь очумевшего парня, и внимательно наблюдая за толпой, которая застыла на месте, они не понимали, как реагировать.

Если я еще не валяюсь в луже собственной крови, то он не главный. Я надавил еще сильнее, осознав, что это просто выскочка, поверившая в свои силы, терпеть не могу наглых «шестерок». Тишина давила, казалось, что даже товарные составы перестали отчаянно стучать по рельсам, толпа переминалась с ноги на ногу, я отчетливо слышал звук песка под их армейскими ботинками. «Бульдог» раздувал ноздри и нервно оборачивался на парней, ища поддержки. Он не пытался вырваться, только судорожно старался успокоить сбившееся дыхание. Перед толпой резко затормозила черная Мазда, из которой выскочил темноволосый коротышка.

– Сизый! Я говорил не нарываться, – коротышка подбежал и замер. Его глаза бегали то по раскрасневшемуся лицу «бульдога», то по мне. – Бурханов Саня.

– Олег, – я протянул ему руку и встал, отпуская здоровяка.