Договор на нелюбовь

Хотелось, чтобы он закричал, сказал, о чем думает, но нет. Лицо его было каменным, кроме стиснутой челюсти, его раздражение ничего не выдавало.

Он сдернул с себя рубашку, с которой текла вода и бросил назад. Завел машину и, развернувшись на месте со свистом тормозов, рванул в сторону «Вишнёвого». В машине стояла тишина и только его тяжелое дыхание заставляло меня не отключиться от переполняющих эмоций. Даже сквозь пелену страха я рассматривала его сильные руки, рельефную грудь, мощную шею, во впадинке которой быстро пульсировала вена, выдававшая его эмоциональное состояние.

Газовал, нарушая тишину, пока охранник не открыл ворота, мчался даже по поселку, на ходу открывая с пульта гараж. Как только остановился, выскочил из машины и уже рванул было в дом, но чертыхнулся и вернулся за мной, открывая дверь. Взял за руку и повёл за собой. Несмотря на бурлящий гнев, держал аккуратно, не причиняя боли.

Я на ходу скинула кеды, шлепая мокрыми босыми ногами по деревянному полу. Из-за плотной стены деревьев в доме было практически темно, Царев, не включая свет, повел меня на второй этаж, где было всего две комнаты.

Толкнул ногой дверь, дождался, когда я войду и запер, вытаскивая ключ. Сжал его в кулаке, блеснув напряженным взглядом. Открыл ванную, врубил горячую воду, ткнул пальцем в белый халат, что висел на крючке, затем в стопку полотенец и вышел, громко хлопнув дверью.

– В душ! – наконец-то я услышала его голос из-за двери. – И вода должна быть горячей!

Только сейчас почувствовала, что меня бьет дрожь от холода, стянула одежду, робко косясь на дверь и встала под обжигающий поток воды.

Эмоции стали отпускать, тело слабело, а из груди вырвался плач. Закрывала ладонью рот, давя звук. Но это было сильнее. Опустилась на пол, сжавшись в комок. Ощущала себя оголенным нервом, что вибрировал от каждого касания. Воспоминания дня лавиной обрушились на меня, заставляя проживать всё это снова и снова. Разговоры про расселение шли давно, но я не испытывала такого кипучего гнева, что захлестнул меня сегодня. Нет, я не готова была просто так сдать им наш дом, но и не ожидала, что этот дом настолько для меня важен.

Опустила голову на холодный кафель, прислонившись лбом. Кусала руку, чтобы забить одну боль другой, но ничего не получалось. Стресс, как никотин наполнил тело и затуманил мысли.

Вдруг вода прекратила хлестать по спине, а на плечи легло полотенце, я вздрогнула и обернулась. Царев стоял рядом, протягивая мне руку, голова его была отвернута.