Странная история переселившейся души

– «А сейчас давай обратно в немощного человека. Им не стоит видеть тебя в таком виде. Мы никому не показываемся».

Обратно не хотелось. Стало немного тоскливо вновь становиться человеком. Сейчас я сильный, мощный, а вот в двуногом состоянии больной, с головокружением. Вот оно уже и пришло. Сменив ипостась, покачнулся и с размаху плюхнулся задом на топчан, откинулся на голую стену, обессилено прикрыв глаза. Оборот странным делом вылечил раны, но вымотал, лишив последних сил. Форзи завалился на бок, свернувшись, подтянув колени к груди, и заснул, не успев прикрыть глаза.

Глава 4

Антонии Семеновне было безумно интересно узнать про прошлое своего нового тела, кроме того, что уже выяснила – Эртен Форзи – истребитель всякой иномирной дряни, которая не водится на этой планете. Или мире? Интересно, а это одно и тоже? Вообще, здешнее население понимает, что мир не может существовать, не понять где? Это обязательно должна быть планета. Вот так, лежа на твердом топчане, развлекалась тем, что выуживала воспоминания из памяти своего реципиента.

Честно говоря, нравилось не все.

Эртен Форзи оказался бастардом графа Кертана Отори. Граф в тот пасмурный вечер, когда впервые посмотрел на сына. Ровно через неделю он приехал после сообщения, что его служанка умерла родами, а ему следует решить, что делать с мальчиком?

Совершенно измотанного работой молодого графа Отори, оглушили новым статусом отца маленького хныкающего комочка. Как только его немного отпустило после неожиданного объявления, он поднял глаза, где совсем недавно стояла женщина, принесшая мальчика.

Она очень быстро исчезла из холла замка.

Два настенных канделябра, вспыхивая, оставляли уродливые сполохи теней на стенах внушительной передней комнаты. И что ему теперь делать с младенцем? Он был растерян. Малыш зачмокал розовыми губками, а когда в ротик ничего не попало, скривил его, намереваясь заплакать от великого горя – не желал быть голодным.

Пока магистр Отори соображал, чем вообще кормят малышей, услышал обиженный рев.

Вот теперь он на самом деле был испуган, стоя посреди большого зала с кричащим сыном на руках. А то, что мальчик его сын, ни на миг не сомневался – он чувствовал свою кровь.

На крик младенца из своей комнатки за кухней, укрывая грудь платком на бегу, торопилась старая нянюшка, служившая в его пустом замке и экономкой, и кухаркой. Только на день к ней приходила молоденькая помощница из ближайшей деревни.