Странная история переселившейся души

Безопасник молча разлил вино по обыкновенным глиняным стаканам, сетуя про себя, что такое вино следует разливать по серебряным кубкам, поставил перед каждым из мужчин, не говоря ни слова, отсалютовал, ему ответили и выпили.

- Ну а теперь рассказывай, снова негромко попросил начальник Службы Безопасности.

- Да нечего рассказывать, - отмахнулся Форзи. – Смотрю, нертов много, а тут еще сумрачный тольф появился и с ним никто не справится, кроме меня. Потому и рванул, - допил остатки вина в стакане.

Все эти подробности Антония Семеновна выловила из памяти почившего охотника.

Этих подробностей оказалось достаточно, правда, когда память выдала все скопом, чуть не стошнило от увиденного. Рассказывать собутыльникам воспроизведенные воспоминания о всякой нечисти и о собственной смерти, настроения не находилось.

Между тем, Корси вновь наполнил стаканы, а чуть живой охотник на нечисть, выпил залпом вкуснейшее, из всех вин, которые пробовал во всех жизнях, залпом. Собутыльники удивленно посмотрели не него, не комментируя действия, последовали за ним.

«Ты собираешься сегодня напиться до потери сознания?» - раздалось недовольное в голове, заставляя поморщиться. – «Так это в твоем состоянии запросто!» - зверюга явно издевалась, что не понравилось охотнику.

«Мне итак сложно принять мужскую сущность и тебя вдобавок! - нервно рыкнул.

«Тогда тебе на самом деле лучше напиться, только не забудь говорить о себе в мужском роде. А то начнешь рассказывать о себе, как о женщине… Боюсь, не поймут», - язвительно хихикнув больше не зубоскалил этот едва опознанный зверь.

Перестав мысленно разговаривать со своей химерой, заметил, что две нетрезвые пары глаз – серые Тристана и карие Корси. Эртен сначала не понял, чего это они на него уставились, словно смотрели на что-то непонятное.

- Такое впечатление, что ты разговаривал не с нами, - завязывающимся в узел языком, ответил безопасник.

- Угу, - промычал, подтверждая напарник.

- Наливай! – не улыбаясь, предложил Форзи, перескакивая на другую тему, исподтишка глянув на бутылку, отмечая, что без него они не пили.

Зорс н6емедля разлил по стаканам остатки вкуснейшего вина. Мозг Антонии Семеновны отметил, что вот так запросто напиваться великолепным напитком кощуственно, но ничего предпринимать не стала, отпивая половину стакана.

«В этом мире бутылки неправильные. Слишком вместительные», - отравленное и все еще побаливающее серое вещество в черепной коробке соображало туго.