Любовь за Гранью

Законники рассредоточились по залу. Буквально за пару минут они навели порядок. Те, кто еще недавно с удовольствием молотили друг друга, теперь стояли ровным рядком у стены и смотрели себе под ноги. Прямо нашкодившие мальчишки.

Белобрысый раздавал указания, кого арестовать, а кого отпустить. Не знаю, как он это сделал, но он точно определил самых отъявленных буянов. В итоге в баре осталось семь существ. И я.

— Этих всех забираем, — белобрысый обвел рукой оставшихся, а потом повернулся ко мне: — И зачинщицу тоже.

— Но я не виновата! — возмутилась.

— Расскажешь это законнику, который будет тебя допрашивать, — бросил он. — Из-за тебя я вместо того, чтобы заниматься действительно важным делом, трачу время здесь.

Я бы сказала, что мужчина зол, не будь он эфирналом. У них, как известно, сложно с эмоциями. Но даже им может кто-то не понравиться. Например, я совершенно точно не нравилась белобрысому.

Меня арестовали вместе с другими. Нас доставили к какому-то многоэтажному серому зданию.

Вид у него был еще тот: мрачные стены, решетки на окнах. Все это навевало четкое ощущение, что, войдя сюда, уже не выберешься.

На фасаде здания был начертан знакомый мне символ. Я видела его на той странной двери в лофте Лекса. Перевернутый треугольник с вписанным в него кругом. Знак Альянса.

Вот и все, допрыгалась. Быстро мне отсюда не выбраться. Похоже, мне суждено погибнуть в этих стенах.

Нас завели внутрь и, усадив на лавку вдоль стены, сообщили, что будут вызывать на допрос по одному.

И снова мне не повезло – моим соседом по лавке оказался Чак.

— Могла бы просто сказать, что я тебе не по вкусу, — проворчал оборотень, потирая разбитую скулу.

— Вообще-то именно это я и сказала.

— Ну прости, — фыркнул он. — Я, когда завожусь, уже не могу остановиться.

— Как мне это знакомо, — вздохнула я.

Прикрыв глаза, я прижалась затылком к прохладной стене. То, что нужно, чтобы остудить голову и немного подумать.

Дышалось с трудом, как будто у меня воспаление легких.

Организму не хватало кислорода, из-за чего появилась слабость. Еще чуть-чуть, и я сама поцелую Чака.

Я поморщилась, представив эту картину. Что ж, видимо, пока все не настолько плохо, раз оборотень по-прежнему меня не привлекает.

Я уговаривала себя, что Чак в общем-то ничего, когда ощутила на себе взгляд. Обычно я не столь чувствительна, но тут как электрический разряд по коже пробежал. Я распахнула глаза и увидела знакомого эфирнала.