Четвертый принц

И только когда она заканчивает, Рейнардо может расслабиться.

Не такой уж цветочек на самом деле. Он худой, но крепкий… руки сильные, жилистые, широкие плечи.

Она помогает ему залезть в постель под одеяло. Приносит воды. Ложится сама.

Сложно сказать, сможет ли она спать сегодня, ожидая завтрашний день… вряд ли сможет. Тут не уснуть. Если ее убьют завтра… Как ночь перед боем. Но сейчас почти ничего не зависит от нее самой.

— Все будет хорошо, — тихо говорит Рейнардо. Протягивает под одеялом руку, находит ее ладонь.

И Хена всхлипывает. Понимает, что ей так невыносимо хочется разрыдаться сейчас, обнять его, прижаться, поплакать у него на плече.

Но она просто смотрит. Ей сейчас плакать нельзя. Это она должна его защищать.

* * *

Подземелья где-то под дворцом.

Их привели туда вместе. Четверо стражей, чтобы принц со своей девицей не могли сбежать. Но руки не связывали и в спину не толкали, просто вежливо предложили пойти…

И так же вежливо Хене — лечь на стол.

Нет, на стол — это чуть позже.

Дорогу освещали факелами, но стоило открыть последнюю дверь, и в глаза ударил яркий свет. Ведьмины пальцы — светящиеся кристаллы, очень недешевое удовольствие, но денег здесь не жалеют.

Легкая паника на лице Рейнардо. И даже не легкая — видно, как подбородок дрожит.

— Что? — тихо спросила Хена.

— Вчера меня водили не сюда.

Это значит, с Хеной они хотят поступить иначе? Или не значит ничего.

Высокий человек в кожаном фартуке встречает их.

— Добрый вечер, ваше высочество, — говорит он, словно встречая дорогих гостей.

— Мы решили кое-что показать вам. Принцесса Самун должна была показать, но в тот раз, возможно, вы неправильно поняли.

Светская безмятежная улыбка.

Щеки Рейнардо, бледные и без того, сейчас сереют окончательно. Но он молчит. Только быстро оглядывается на Хену.

Не паниковать. Главное, сейчас раньше времени не паниковать!

— Чиниг, подойди сюда, — зовет человек в фартуке.

Из угла выходит девушка. Что-то не так, но с первого взгляда не понять.

То, как она двигается… Неестественно. Глядя только перед собой. И все движения дерганые, резкие.

Белая до синевы кожа. Абсолютно пустые, стеклянные глаза.

— Вы ведь уже знакомы с Чиниг, ваше высочество? — говорит человек.

Рейнардо кивает.

Отлично видно, что в гробу он такие знакомства видал.

— Чиниг, ближе. Подойди, открой рот. Ближе, не смущайся, — человек усмехается. — Она до сих пор не может привыкнуть. — И небрежно пожимает плечами.