Невеста альфы — хомяк

Далее по численности шли хомяки, а коты, буйволы, свиньи и пару птиц (если нюх меня не подвёл, то пару сов и один павлин) разбавляли своими запахами застоявшийся в зале воздух. Многие из волков выглядели крайне недружелюбно, бросая на гостей то плотоядные взгляды, то обещающие скорую расправу.

Атмосфера накалялась, а мне было по ба-ра-ба-ну. Как и обещал Эндрю со своим чудо-успокоительным для оборотней. Даже если бы перед моими глазами завязалась драка, я бы не стал вмешиваться, а с высоты возведённого в зале помоста с отстранённым видом взирал, как оборотни грызутся не на жизнь, а на смерть.

Даже явственно представил фонтаны крови, которые внесли бы ярких акцентов в это белоснежное царство обмана и фальши.

Музыка смолкла. Ведущей объявил главных гостей нашего дома — семейство Хаммонд, точнее то, что от него осталось после попытки переворота власти.

По проходу сияя белоснежной улыбкой в искрящемся под светом люстр платье вышагивала блондинка под руку со своим кавалером, которого ведущий не представил, но я заподозрил в этой высокой тёмной фигуре того самого кота, прибившегося к хомякам из-за своих многочисленных разногласий с сородичами.

Отставая на добрых десять футов, за контрастной парой семенила девушка в красном платье. Одного взгляда на неё было ясно к каким оборотням она относилась.

Обладательница пухлых щёк, пухлых губ и пухлого счета в банке, с которой я не сводил взгляда, запнулась и полетела вперед. Её глаза округлились, из-за чего она сильнее стала походить на хомячка.

Надеюсь, тогда в коридоре я не на неё наткнулся?

Сейчас, взглянув на ситуацию трезвым от эмоций взглядом, осознал, что про «норы» прозвучало грубо. А быть грубым с той, что согласилась на брак по расчёту, это равноценно выкапыванию себе могилы, в которую для компании может быть схоронена вся моя семья.

Увлёкшись своими размышлениями, я не заметил, как моей невесте пришли на помощь. Но окликнутая своей мамой, девушка поблагодарила довольного своей прытью Эндрю и успешно пересекла оставшееся до сцены расстояние.

Стоя по левую руку от отца, я попытался принюхаться к исходящим от хомячьего семейства запахам, но яркий аромат жимолости мешал сравнить свою невесту с ранее встреченной гостьей. Кто-то из Хаммонд, кажется, вылил на себя весь флакон, чтобы больше досадить волчьим носам.

Наконец-то, отец мог взять слово. После него выступила миссис Хаммонд, сияющая от счастья, словно это мы спасаем их клан от надвигающейся жопы.