Шоколатье по(не)воле

— Он точно видел, что это была я.

— Ну ребенок вряд ли сможет об этом пустить слух. Да и, судя по вашему рассказу, ему от силы лет семь-восемь, и маг переноса для него неизвестное явление, — уверенно сказал Иван.

— Извините меня, но моя сила срабатывает, когда я пугаюсь. А я очень испугалась за мальчика.

— Ты ни в чем не виновата. Умение управлять энергией тренируется с детства, все происходит постепенно. Ты не должна бояться своего дара, это тебе только мешает, — Петр накрыл рукой маленькую ладошку Али.

Девушку снова украсил румянец — ей нравилось внимание братьев.

Братья Сливовы слыли завидными женихами в Цароссе не только из-за состоятельности семьи, но и по причине внешней привлекательности. Они об этом прекрасно знали, но если Иван спокойно относился к этому, то Петр был не прочь использовать эти преимущества в своих интересах и не упускал возможности пустить пыль в глаза первым красавицам Цароссы. Самый младший — Василий, напротив, всего добивался собственным умом и упорным трудом.

От матери не укрылись заигрывания Петра с Алей, и этого она не одобряла. Он же интуитивно почувствовал взгляд матери и поспешно убрал руку.

— Алевтина, на сегодня, я думаю, впечатлений достаточно, но Иван и Петр правы — откладывать тренировки нельзя. Завтра в этом тебе поможет Иван.

— Что? — возмутился Петр. — С чего это Иван?

— С того, что он старший брат и более рассудительный. Нам необходимо научить Алевтину держать себя сдерживать свои эмоции. А ты без разжигания огня и дня прожить не можешь.

Поэтому вот мое родительское слово: первым будет Иван! Ты не против, дорогая? — обратилась Степанида уже к Але.

— Нет, пусть будет Иван, — она украдкой посмотрела на мужчину, взрослый и уверенный в себе — он нравился ей не меньше, чем веселый и озорной Петр.

***

Ночью девушке спалось плохо, она вздрагивала во сне и тихо постанывала. Ей снился охваченный языками пламени родительский дом. Мать что-то кричала отцу, но из-за огня они не могли подойти друг к другу.

Аля посмотрела на папу, он медленно шевелил губами — пытался ей что-то сказать, но она никак не могла понять его, и когда наконец расслышала «Дочка…», пламя разгорелось сильнее, и отец сгинул в огне.

Ее крик разлетелся по всему дому. Степанида в ночной рубашке босиком преодолела расстояние от их с мужем комнаты до Алиной меньше чем за минуту. Девушка металась в постели и кричала, на ее лбу проступила испарина.

— Алевтина! — женщине пришлось будить ее.