Агентство "Чудо-трава"

Лежик сунул мне в руки целую бутылку и уточнил:

– Ну так что, госпожа чокнутая принцесса, попытаешься ли ты справиться с восстанием тараканов с помощью ценного совета, который получила от своего брата-дракона?

– Сдаётся мне, что у дракона и своих тараканов хватает, – проворчала я и приложилась к горлышку.

***

Я ввалилась в тёмную контору, с силой хлопнула дверью и, не удержавшись на ногах, плюхнулась на четвереньки. Перед глазами поплыл туман, а в голове крутились мысли, одна чудней другой. Я покосилась на дверь в кабинет инститора и, хихикнув, облизнулась.

Ну всё, теперь рыцарь не уйдёт от чокнутой принцессы! Откушаем…

Я с трудом поднялась и на непослушных ногах двинулась к двери, а непослушное сердце застучало. И я не могла сказать: от страха или от предвкушения… Дрожащие пальцы промахнулись, ручка двоилась в глазах, но я сжала челюсти и упрямо сосредоточилась. Или сейчас или никогда! Завтра я выставлю инститора, а значит, этой ночью надо расставить все точки над «и»!

Дверь наконец поддалась и распахнулась, я посмотрела на тело Генриха, который лежал на полу.

Выкинула руку вперёд и прищурилась, как бы ставя пресловутую точку ему на лоб. Спит! Это хорошо…

На цыпочках я двинулась к спальнику инститора, запнулась за стул и сжала зубы, чтобы не вскрикнуть. Больно-то как! Упала на колени и на четвереньках двинулась дальше, чтобы ни за что больше не зацепиться, и застыла рядом с охотником.

Сердце загрохотало ещё громче, и я присела на пол, прижимая руки к груди.

Казалось, этот шум разбудит спящего, а этого допустить нельзя. Я несколько раз выдохнула, успокаиваясь. А сомнения разрывали меня. С одной стороны, в первый раз на Генриха моя сила не подействовала. Но в Краморе он легко пал под давлением чужих воспоминаний. Подавляется ли в посёлке защита от ведьм? Это было бы очень странно. К тому же тот парень, – Джерт! – сказал, что инститор виноват сам. У меня возникла единственная версия, что защита инститора зависит от его концентрации. Генрих расслабился, думая, что я под контролем, а я его удивила…

Я скривилась в усмешке: я тебя сейчас ещё не так удивлю! Я простёрла руку над спокойным лицом Генриха, пытаясь контролировать дрожащие пальцы, чтобы положить ладонь ему на закрытые веки. Действие моей силы на спящего самое мощное. Лоб инститора показался мне прохладным, а прикосновение к нему неожиданно приятным. Я нахмурилась, призывая сбежавшую ненависть, и сосредоточилась на ладони.