ТЕМНАЯ ЛЕДИ ДЛЯ СВЕТЛОГО ЛОРДА

Он мягко обратился к блондинке:

— Клариссия, дорогая, надеюсь, ты проследишь, чтобы наша гостья ни в чем не нуждалась?

— Разумеется, супруг мой, — мягким сопрано пропела она, но потом не выдержав, одарив меня раздраженным взглядом отрывисто бросила. — Но неужели… это обязательно? У меня ужасная мигрень, а здесь и без того нечем дышать. А прогулка на свежем воздухе двум юным особам пошла бы только не пользу.

— К сожалению, это невозможно. Наша гостья не обладает необходимыми умениями, а для уроков верховой езды сейчас не самое подходящее время.

— И все же я не понимаю, почему должна терпеть столько неудобств?! Эта особа одета, как дикарка Северных островов. Ни одна добропорядочная девушка не одела бы мужскую одежду вместо платья. Ее волосы коротко острижены, не убраны в прическу. И ее совершенно это не смущает. Как она может быть связана с герцогским родом? Я думаю…

— Дорогая, — прорычал мужчина. — Неужели я должен повторять дважды? Ты проследишь, чтобы ни в чем не нуждалась. Не нужно думать, просто делай, как я сказал.

Женщина не соизволила ответить, лишь отрывисто кивнула, обиженно поджав губы. Лиина хихикнула. А потом повернулась ко мне и спросила:

— А ты, правда, не та, кого ищет Эшер?

— Понятия не имею, кто это.

— Это иномирец. Друг детства моего кузена. Его зовут Антуан Доминик Ле…

— С этим господином я тоже незнакома, – невежливо оборвала ее я, но выслушивать все имена и титулы ее высокородного кузена у меня не было ни малейшего желания.

— Ах, наверное, тогда стоит рассказать по порядку.

Кузен Антуан (моя матушка приходилась сестрой герцогу Доминику) воспитывался за пределами герцогства. Там он нашел себе друга… прости, я все время забываю, как его зовут. Эшер — это прозвище. Оно означает «Изменчивый». Его так зовут, потому что он может превращаться в огромного страшного зверя. И вот уже полгода — с самой зимы он ищет девушку-иномирянку с темными волосами, карими глазами и браслетом из черных бусин на левой руке. Никто не знает, кем она ему приходится, но я думаю, тот иномирец ее любит. Но когда я говорила с ним, мне показалось, что этот мужчина ужасно страдал.

— Это все ваше живое воображение, юная леди, — надменно бросила баронесса, а потом продолжила, не скрывая злорадства. — Мужчины не столь чувствительны, как вам бы того хотелось. Я полагала вы выучили урок, что преподал юный Тристан де Ларинэ. Жаль, что это не так.

Девушка дернулась, как от пощечины. Лицо залила мертвенная бледность, а глаза подозрительно заблестели.