ТЕМНАЯ ЛЕДИ ДЛЯ СВЕТЛОГО ЛОРДА

Наверное, это нечестно, не правильно и, вообще, не справедливо. Ведь Антон хочет от меня то, чего я не могу ему дать. Но и оттолкнуть его я не в силах. Не потому, что боюсь остаться одна. Одиночество — это то, что пугает меня менее всего. Рядом с ним мне легко и как-то спокойно. И он мне нравится. Не так, как Бажен. По-другому, но все же.

— Потом, когда все разойдутся, ты поужинаешь со мной?

— А ты разве вместе со всеми есть не будешь?

— Я буду с тобой. И не спорь.

А смысл с ним спорить? Такие, как Лорд, если что-то для себя решили, уже не отступают.

Они похожи на японцев, ведущих переговоры. Кивают, улыбаются, даже соглашаются, но переубедить их практически невозможно. Проще бетонный каток остановить. Это я вам как знающий человек говорю. У меня мама — яркий образчик подобного поведения. И папа. А я вечно компромиссы ищу.

Кстати, о маме… надо ей позвонить. Этот разговор я и так откладывала, сколько могла. Надо же наконец во всем разобраться. Проскользнув в свою (на ближайшую неделю) комнату, я аккуратно прикрыла за собой дверь.

Мама ответила почти сразу.

— Привет, Никуля.

— Привет, мам.

— Как дела?

— Мам, а как ты думаешь? У меня мир, можно сказать, перевернулся. И я ничего не понимаю.

— И твой Ветер тебя не просветил?

— «Мой Ветер» с ума сходит и чуть ли не кидается на меня.

— Как интересно!

— Да не в том смысле. Он на меня злится. Кстати, Бажен оказался оборотнем. А его приятель, с которым ты вчера общалась — магом. Светлым, если тебе это о чем-то говорит.

Причем, не далее, как сегодня днем обрадовал меня известием о том, что может видеть будущее. И в этом самом будущем мы женаты. А я…

— Хочешь Ветра?

— Да. То есть, нет. Я не знаю. Не знаю ни одного, ни второго. Понимаешь? Не знаю, верить ли мне Антону. Может это его разыгравшееся воображение? Не представляю, почему вдруг Бажен начал меня ненавидеть? А еще я не понимаю, почему ты ничего не рассказывала мне?

— Эти знания принесли тебе радость?

— Нет.

— Вот и я думала, что не принесут.

Их мир — не наш мир. Какое дело нам до магов, вампиров и оборотней, если у нас нет никаких активных сил? Мы не мешаем им. Они не мешают нам.

— А если у нас нет никаких активных сил, то почему же меня называют ведьмой?

— Потому что Ижен — ведьмы. Но способность влиять на окружающий мир у нас возникает только если мы находимся рядом с драконом.

— А что? Драконы тоже существуют?

— Нет. Они давно погибли, а вместе с ними — их мир. Несколько Ижен спаслись.