Сон или не сон?

Принимая посетителя, хозяин сидел на ложе, гость садился на плетенку, постеленную на земляном полу. 

Юноша огляделся и вздохнул свободнее, неуверенность исчезла. Хижина Оника для него была родным домом, он заходил к учителю чаще любого жителя общины. Справа находился очаг, где знахарь варил отвары, там же стояла посуда, в которой старец готовил зелья. 

Левую часть жилища занимала невысокая лестница — на нижней ступени выстроились горшочки с сухими травами, на верхней — в кувшинах ждали применения настойки из сборов.

С потолка на веревках висел тонкий кусок дерева, на котором знахарь сушил цветки, листья, коренья. Вернувшись с прогулки с мешочками полными трав, Оник выкладывал содержимое на полотно, разбирал и раскладывал на лестнице сушиться, предварительно горшки и кувшины переставив на землю в уголке.

Зимой Оник ходил в балахоне, связанной из овечьей шерсти, хижина отапливалась очагом. 

«Если старик не мёрзнет, значит он маг», — говорили горожане.

Гость сидел ниже хозяина, но благодаря своему росту, глаза молодого человека смотрели прямо в очи старца.

В какой-то миг юноше показалось, что маг читает его мысли — просителя смутил проницательный взгляд.

— Это тебе, мудрейший, — Размик с благоговейным поклоном протянул учителю золотые чётки. — Прими их в знак признания твоей мудрости.

Оник взял чётки, провел по ним пальцами, поиграл шариками и рассмеялся довольный полученным подарком.

— Ты знал, что я ушел из храма, потому что против подарков, а жрецы требуют подношения, но ты принес такое чудо, от которого нельзя отказаться.

Молодец! Прекрасная работа. Правду говорят, что ты мастер, всё делаешь хорошо, шарики гладкие, все одного размера.

— Спасибо, мудрейший, такая похвала приятна достойному мужчине, а мне и подавно.

— Ответь мне на вопрос: какая работа для тебя самая унизительная? – хитро улыбаясь, спросил мудрец.

— Такой работы нет, — гость удивился вопросу. — Всякий труд достоин уважения.

— Молодец! Правильный ответ, сказал от души, искренне.

Такого умного и работящего мужчину жаль отпускать, — мудрец смотрел на просителя, прищурясь. — Жаль отпускать тебя к ней, но грех лишить тебя единственного желания.

— Ты знаешь зачем я пришел? – восхитился Размик.

— Нет, я думал ты пришел на меня посмотреть, — рассмеялся старик.

— На хорошего человека и смотреть приятно, — улыбнулся гость.

Мудрец наблюдал за поведением ученика добрым взглядом.

— У тебя есть то, с помощью чего ты сможешь уйти к ней.