Конный портрет со свитой

Женьку – свалила усталость, а Вальку - «принятое на грудь».

- Хорошо, что мы на эту электричку сели – хихикнула Птица, когда в пустом вагоне их растолкал уборщик. – А то пилили бы сейчас в Лугу!

- Я просчитал такой вариант – хмыкнул Вальтер, привычно подставляя ей локоть. – Поэтому и выбрал прямую. Кстати, куда ты исчезла? Я же приказал тебе ждать меня в магазине!

Женька виновато шмыгнула носом.

- Прости! Но мне захотелось чего-нибудь пожевать и выпить пива. Я не думала, что ты так быстро освободишься. Но зато я встретила Сашу – сына нашего художника.

Правда, он почему-то решил, что его папенька торчит в Гатчине исключительно из-за меня. И почему все видят во мне …эээ… девку?

- Я не вижу – успокойся – сказал Вальтер, и улыбнулся. – Хотя надо признать, что целоваться ты умеешь.

- Не велика премудрость - вздохнула Женька. – Не говори об этом никому! А то муж дорогой мне голову открутит!

- Не открутит, не бойся! Это был всего лишь вынужденный тактический ход, а не опрометчивый поступок.

- Вот и хорошо.

Ты узнал что-нибудь?

- Узнал. Но прежде, чем отчитываться «за Европу», я сначала поем, и доползу до душа и раскладушки.

ГЛАВА 26. Случайно ничего не происходит... Есть тайный смысл законов бытия.

После того, как капитан принял «человеческий облик», вся компания снова собралась в комнатке художника на «совет в Филях». Даже директор позвонил домой, и строгим голосом сказал, что занят и задерживается.

- Значитца, так – сказал Вальтер. – Про то, как мы птицей искали Цитадель зла, я рассказывать не буду.

Скажу только, что роль иностранных туристов нам удалась на славу, и дом мы нашли. Теперь пару слов о Сереге – чтоб было понятно – с кем мы имеем дело? В общем, пока я каскадерил и фестивалил, юноша сидел на профессорской шее – и в ус не дул. Иногда подрабатывая в тырнете – вуз у нас все-таки был технический, и кое-какие знания он в нем получить успел. Но десять лет назад дед помер. Денежный поток почти иссяк – но зато осталась дача. К Сереге регулярно подкатывали какие-то темные личности – на предмет продажи. Но он упирался, потому, как не без оснований опасался, что подпиши он какие бумаги, окажется не на задворках Красного Села – а на ближайшем кладбище. И хорошо, если умрет раньше, чем его там закопают.

- Поэтому он нас с дрыном и встретил? – рассмеялась Женька. – Решил, что мы с тобой очередные риэлторы?

- Ну да. «Черные». Короче, все плохо, жена от безденежья сбежала, а ему деться некуда. Сидит в печали и готовится помирать.