Владыка морских глубин

Одним ловким движением, Берну удалось ухватиться за "лучик" и притянуть обратно. Бесцеремонно встряхнув солнышко, отдал короткий приказ:

- Покажи, - ведьмовская сила не спешила ему подчиняться, тогда, он стал напитывать солнышко своей энергией.

Встрепенувшись, магический шар, расширился до размера карманного зеркальца, являя нашему взор последние секунды пребывания сухопутной, в чертоге моих владений.

В темном помещении, в котором я тут же узнал чулан для тряпок, ведер, чистящих средств и прочего инвентаря, едва угадывался женский силуэт.

Она забилась в самый угол, поджав колени к груди, вздрагивая на каждый особо сильный удар в дверь, сотрясающий пространство.

Все это походило на то, что последнюю из некогда великого светлого рода ведьму, загнали в угол, из которого усиленно пытались её достать.

От вида перепуганной девушки, из самых потаенных участков души поднималось что-то темное, опасное. Глубоко спрятанные и до этих самых пор успешно контролируемые из глубин души начали рваться наружу не известные мне темные желания.

Не находя выхода бились о тонкую грань сознания, удерживать которое становилось все труднее, но я терпел, прекрасно понимая, что если дам этим чувствам волю - прольется чья-то кровь.

Терпел... ровно до того момента, пока не услышал еле различимый шепот, на котором солнышко закончило свое вещание.

- Эй Владыка, меня тут как бы умыкнуть пытаются, а может и вовсе убить, - грустный смешок, больше походил на всхлип, но девушка предпочитала этого не замечать, старалась храбриться.

—- Похоже помощи ждать не откуда. Трудно поверить, что все это, до сих пор остается незамеченным...

Замолчав, Диана вытянула руки вперед, рассматривая кровоподтеки на запястьях, в которых даже при тусклом свете угадывались очертания, оставленные сильной хваткой человеческих пальцев.

- Или это и есть твоё обещание отправить меня домой?

Перед тем, как хрупкая преграда между ней и похитителем рухнула, я успел отметить и дрожащие губы, и влажные дорожки от слез на руках, и убивающий душу, потухший взгляд, в котором больше не было веры во все человеческое.

Последовавшие за этим события помнятся мне смутно, но отчётливо помню, что в тот день морально погибли двое.

Когда умирает тело, наступает покой, ничто не бередит твое естество, не сжигает дотла, выматывая разум и тело... но когда гибнет что-то в душе, то человеку в буквальном смысле предстоит заново научиться жить и доверять этому миру.