Ледяные крылья

Клешня сжимается, уши давит скрип мнущегося наплечника, Эгорд чувствует боль, но ярость ее поглощает. Сын Зараха сушит лицо воина-мага жаром дыхания, изо рта демона острая пепельная вонь. Клешня смыкается еще, наплечник разрезан как бумага, лезвия начинают погружаться в плоть.

Со стороны Леарит демону в щеку вонзается пара белоснежных лучей.

– Прекрати! – кричит богиня.

Ее глаза сияют таким же светом, он пытается вырваться лучами повторно, но не выходит. Леарит выдыхает, голова склоняется на грудь, свет в глазах гаснет, обнажаются зрачки, в них блестит отчаяние.

Лучи оставили на щеке демонакрохотный черный след.

– Приятно видеть вашу беспомощность.

Хафал задумывается.

– Знаешь, человек, если изуродую тебя, умрешь и не увидишь страдания девки, а она хоть тебе и подружка, но не сможет мучиться из-за твоей смерти сильно. Она богиня, у ее породы, как и у демонов, чувство боли притуплено. Но если обрублю конечности сначала ей... Ты привязан к этой небесной суке больше, чем она к тебе, потому испытаешь столько боли, что буду в восторге! А она сдохнет не сразу, успеет глянуть, как режу тебя на куски, поэтому.

Клешня отпускает руку Эгорда, демон переходит к Леарит.

Ужас заставляет забыть о раненом плече, Эгорд пытается вырваться как заживо погребенный из могилы.

Видел Леарит в плену, помнит, как богиня была прикована к полу в тюрьме демонов, как переливались серебром доспехи, сияли, как солнце, волосы, помнит, как не уставала бороться, пыталась порвать оковы, хоть и знала, что бесполезно. Поддерживала Эгорда, помогала не забыть себя, сохранить дух непокорным.

Хафал захватывает ее плечо клешней.

Эгорд пытается себя раскачать, дергается изо всех сил, руки, ноги и голова словно хотят от туловища оторваться.

Клешня сжимает руку Леарит, звук разрезаемого металла...

Эгорд рычит, ревет, но высвободиться не может.

Полумесяцы клешни сближаются еще, Леарит вскрикивает, брызжут красные капельки, одна из них на челюсти Хафала, он слизывает.

– Да-а-а-а-а...

Внутри Эгорда что-то надламывается, словно мир только что рухнул, а затем – взрыв ярости.

В голове проносятся заклинания: ледяные, световые, телекинетические, все-все, что изучил за долгую и бурную жизнь. Безумный хоровод не может остановиться, Эгорд применяет заклинания без разбора, рвет их на лоскуты, сшивает по-разному, обрушивает этот бред на оковы.