По ту сторону Алой Реки 2. Потерявшие судьбу

Сейчас обнаружат утрату и вытащат нового страдальца… Набраться бы смелости, взвалить на себя еще один грех и обратить в пепел всех заключенных разом…

В падающем на лестницу свете показались две пары ног. Свет? Сиера удивилась. Почему барон не закрыл дверь? Нашла ответ, подняв взгляд повыше.

Высокий темноволосый парень шел впереди, и Сиера на миг залюбовалась его лицом. Жестокое и волевое лицо человека, который ни перед чем не остановится. Что он забыл здесь, в этом мире лжи, трусости и бессильной злобы?

Парень скрылся из виду, и Сиера посмотрела на второго.

Этого узнала — Рэнт, один из «нахлебников», как их именовал Модор. Тоже странно. Зачем, почему он здесь?

— Это что такое? — послышался глухой голос парня.

— Тюрьма, — вздохнул Рэнт. — У барошки нашего — самая большая тюрьма. Ох, ничего себе… Кошмар-то какой.

Должно быть, Рэнт увидел висящего на цепях мертвеца.

— Скажи, что ты об этом не знал? — В голосе незнакомого парня набирала силу буря.

— Да откуда мне? — взвизгнул Рэнт, пятясь.

— Я людев на работы гоняю, вот и вся песня! В дом-то — дальше гостиницы не входил ни разу!

Под «гостиницей» Рэнт, очевидно, подразумевал гостиную. Сиера улыбнулась. Давно ли сама разницы не понимала.

Тишина. Сиера повернула голову, посмотрела в крохотное отверстие между матрасом и костями. Парень стоял напротив мертвого мужчины, опустив голову. Кулак стиснут, и сквозь пальцы стекает кровь. Люди за спиной у него молчат, не зная, чего ждать, на что надеяться.

— Тюрьма, значит, — шепотом произнес незнакомец.

— Лады, тюрьма так тюрьма. Скотское племя…

Сиера не успела напугаться — столь молниеносным движением парень оказался рядом. Будто взрыв разметал ее ненадежное укрывище, страшная сила подняла в воздух, швырнула в решетку. Прутья больно ударили в спину, в затылок, дрогнуло и остановилось сердце.

Упасть ей не дали. Ломая податливые хрящи, в горло вцепились пальцы, в глаза как будто брызнуло огнем — парень приблизил к ней лицо.

— Наигралась, тварь? Нравится?

Как тряпичную куклу, ее вновь тряхнули, подвал завертелся перед глазами.

Удар, искры из глаз, и вот в темноте перед нею лица перепуганных сжавшихся в кучу людей. Пальцы сжимаются на затылке, над ухом слышится рык:

— Смотри, сука. Скоро вы все так же будете. Все, до единой мрази, будете сидеть и трястись, о жратве молить!

«Вы»? Кто — «вы»? Сиера недоумевала. Уж не о вампирах ли речь?

— Кто ты такой? — хриплым шепотом спросила она.

— Смерть твоя, — прозвучал ответ.