Дневник беременной или Лучшее средство никого не убить

- А с тобой все нормально? Как здоровье? Как малыш?

- Нормально. И теперь даже замечательно. Хотя я в тебе не сомневалась ни секунды.

- Дочь, причем здесь я, объясни?

- Только, по-быстрому, а то мама к скамейке примерзнет тем, чем думает.

- Агата?!

- Ой, объясняю…

Очень часто мы боимся неизвестности. Нам проще дофантазировать реальность, а не решиться на знакомство лично с ней. Мы боимся плохих перемен, сломанных идеалов, сбывшихся пророчеств и нагрянувших расплат. В общем, у кого на что фантазии хватит.

А реальность может быть совсем иной. Скучнее и обыденнее. Но за это мы ее и любим, потому что контролируем.

- Уф-ф, значит, так. По пунктам говорю.

Мама, подорвавшаяся со скамейки мне на встречу, приготовилась ко всему на свете (времени на ее «фантазии» было вполне):

- Доча, я тебя с-слушаю.

- Понюхай сначала.

- Что?

- Понюхай меня.

Мама, ткнула в мою шею свой острый нос:

- Как от твоего отца, только не так интенсивно.

- Ну, еще бы. Я там пробыла шесть минут, а он – с утра и до вечера.

Если по составляющим: запахи идущего в здании ремонта…

- Это я и до тебя знала: он сам говорил.

- А еще: терпкие духи госпожи Игнатюк, сладкий парфюм сотрудницы Кристиночки и травяной настой с больной десны Миры Монет. Это и есть твой «странный аромат, все время разный и одинаковый».

- О-ой.

- Теперь, что касается смены папой костюма: его кабинет ремонтируют. Ты это знаешь. Он перебрался в другой к этим «благоухающим» дамам, а там – плюсом к строительной грязи, жара страшная из-за лимонов на окнах.

Вот папа и сменил толстое сукно на тонкий кашемир. И по этой же причине часто меняет рубашку и белье. А задерживается на службе, потому что восстанавливает испорченные течью в крыше документы… Тысь, моя майка! Мама!

- Доча, погоди! А, вдруг…

- Нет там больше никакой «вдруг». И ни на кого он слюни не пускает. Это – точно. А с тобой не разговаривает, потому что думает: ты вся в переживаниях своих. Кстати, почему? На какую тему?

- Я?! – вскинула мама глаза.

– Так ты теперь – в курсе. А на другие «темы»… Нет у меня их.

- Вот и славно. Дома вечером поговорите, наконец. Папа готов. Правда, злой теперь. Но, ты заслужила… Мама? – качнула я ее плечом.

Та отмерла:

- Агата… Спасибо. Если бы…

- Не за что, - и вдохнула полной грудью свежий мартовский воздух. – Как же хорошо то, оказывается. Я будто спала-спала и проснулась. Точно, медведица.

- Ох, доча…

- Что?.. – скосила я от неба глаза. – А вообще, мне пора.