Фавн

Отец с дядей Торном поколотят друг друга, и больше не будет у них в доме вкусного мяса, пойманного Торном, а его сыну, Гесперу, найдут другую невесту, и точно не Деяну.

Торновское мясо Агни любила, поэтому подхватила юбки и ринулась в хоровод. Вновь ее окружили девичьи песни, благоухание цветов и нестерпимый жар. И почудилось ей, будто не люди — феи пляшут кругом, отбрасывая длинные тени.

Агни выбрала дорогу вдоль реки. За камышами уже плыли огоньки венков, пущенных на воду. Следовало подняться с равнины в город, однако теперь поздно сворачивать — у костров ее увидят.

— Агни, — прогремел в спину отец, — ты обещала!

Леса окружают здешние земли, они — жизнь и сила людей. Но есть на западе темный лес, в него не ступает нога человека. Никто не охотится в нем и не собирает грибы. Звери там волшебные, люди их не знают. Страшная сила спрятана в темном лесу, никому не ведомая, да только раз забредешь в чащу — не возвратишься.

Если Агни останется в поле, ее обнаружат до рассвета. Срятаться негде, разве что в глубине леса.

Не в первый раз Агни входит в чужие владения. Но раньше то было средь бела дня. Тишина накрыла ее плотной ладонью, и праздник с равнин растаял, как милый сон. Чуть позабытая тропа вела Агни мимо чужих темных стволов. Робкие искры зажглись под ногами — светляки.

Агни вышла на поляну: трава здесь мягкая и густая, а в земле может еще сохранилось дневное тепло. Вместе с ней на поляну высыпало множество светляков, благодаря которым Агни приметила куст мелких сладких ягод.

— И не стыдно тебе земляницу нашу воровать? — завопили над ухом.

Агни вскрикнула, зажав рот и выронив ягоды.

Один из светляков обернулся вдруг мальчиком размером с ладонь, подлетев к землянике:

— Я старался, листьями их укрывал от рук загребущих, — лицо существа исказилось в недетской усмешке. — Чем платить будешь мне за добро?

— Ягоды солнце да дождь взрастили, — зашептала Агни, тщательно подбирая слова, — в землю ушедшее зверье — основу дало.

— Как сгину? — обиделся мальчик.

Агни втайне перевела дух. С феями говорить было страшно, нельзя показывать им свою слабость.

Прозвенел смех — прилетела крошечная девочка, также одетая в странные лоскуты и шапку. Как бы хотелось Агни разглядеть лесных существ при дневном свете.

— Обдурили Пэка, дурачина, жадина-Пэк, — пела фея.