Дети Асмеи

Рыжая голова его выцвела и не была медной, как в детстве, и отливающей на солнце, как таз, в котором кухарка варила варенье. Белёсые на солнце ресницы к осени становились прозрачными. Тонкий, чуть заметный пух под носом и на подбородке никак не хотел оформиться в жесткую щетинистую бороду и усы.

Дочь кухарки давно давала понять, что не против остаться с ним в конюшне, но ему было отвратительно даже представить ее пухлые, вечно обкусанные губы возле своего лица, да и заводить семью, когда ты надеешься вырваться из-под влияния лорда и отправиться в услужение к опальному герцогу, было как минимум глупо.

Векстер решил больше не думать о тайне, которую знал он и Целис – мужчина, подставивший нож к его горлу в момент, когда Векс вынул из ложбинки в камне туго скрученный пергамент. Незнакомец пообещал сохранить его жизнь, если тот отдаст бумаги, но Векс согласился на это только при условии, что тот расскажет, что в них.

Это было большой глупостью с его стороны. Мальчишество, отвага и беспросветная детская самоуверенность.

Тот мог просто полоснуть по его горлу и забрать то, за чем он пришел сюда ночью, да и вообще, видимо, приехал из королевства, которое совсем не было дружно лорду Керни и его сюзерену. Но Целис убрал нож и, посмотрев на него, спросил, правда ли, что он бастард лорда. Векс кивнул и добавил:

— Если бы вы забрали меня в Дималь хоть конюхом, хоть слугой, я никогда не предал бы вас, но со мной тайно должна уехать моя сестра. То есть… Старшая дочь лорда. Мы знаем, что король Дималя поддерживает герцога.

Мать Талии умерла из-за него.

— Ты останешься здесь и будешь беречь свою сестру. Придет время, и я исполню твое желание.

— Я хочу знать, что там. Ты обещал, - хорохорился Векс, стараясь не показывать радости от услышанного. У него даже и мысли не было, что этот господин просто пообещает сейчас все, что хочет услышать Векстер.

Когда он показал бумаги, сердце Векса забилось, как птица. Он сморщился, давая понять чужаку, что не верит, но тот лишь улыбнулся и пожал плечами.

Векс поклялся молчать, потому что от этого зависела жизнь Талии. Молчать и беречь ее пуще прежнего.

Лежа ночью в конюшне дальнего замка, Векс надеялся лишь быстрее вернуться домой, чтобы выехать с Лией на «ежовые поляны». Земляника уже наливалась соком, а он знал, что только там, в низине, где по утрам туман стоит в каждой ложбинке, будто молоко в огромной лохани, набирается соком и скоро начнет наклоняться к самой земле под своею тяжестью «ежовая» ягода.