Просто фантастика (продолжение)

А у нее устали уже не только руки, но и заныли плечи, и она вынуждена была прерваться, что бы хоть немного перевести дух. Встряхивая рукой, что бы ослабить напряженные мышцы и поудобнее перехватывая каменный пестик, ненароком взглянула на настоятельницу, спешащую к солдатам. Сейчас строгая глава обители живо наведет порядок и она, успокоенная, вернулась к своему кропотливому занятию.

А настоятельница, тем временем оправдываясь, говорила Лин Фэну одетого в простые солдатские одежды:

- Не то, что бы я заставляла ее заниматься работой, но она не желает сидеть без дела.

Лин Фэн сумрачно кивнул. Ему это не нравилось, но так захотела Ю Ли.

- Подойдешь к ней? – спросила его тетушка. – Да ты никак робеешь?

- Нет, конечно… не сейчас… - пробормотал Лин Фэн, не спуская глаз с Ю Ли, - она занята… сама видишь.

Настоятельница с удивлением покачала головой. Она словно впервые увидела своего, прежде всегда решительного, племянника.

А она недоумением поглядывая на настоятельницу, по-свойски разговаривавшей с солдатом, который то и дело посматривал в ее сторону, все удивлялась: почему настоятельница не спешит выдворить из монастыря вояк? Хотя они и ведут себя смирно, все же это женский монастырь.

Вон Левая и Правая глаз не спускают с бравых молодцов. А настоятельница заметив, что собеседник не слушает ее, повернулась туда, куда он неотрывно смотрел и поманила ее к себе.

Ну, вот… всполошилась провинившаяся, неужто девицы успели наябедничать на нее? Но она, же ничего не сделала, даже слово тем девушкам не сказала.

Нет все не из-за этого… А если генерал прибыл в монастырь, чтобы арестовать ее? Тогда внимание солдата, с которым разговаривала настоятельница, понятно. Должно быть она что-то натворила в прошлом, которого не помнит… От страха лоб ее покрылся холодной испариной.

С трудом поднявшись на вмиг ослабевшие ноги, она намеренно медленно стряхивала остатки травы с монашеского балахона под пристальным взглядом солдата, что развернулся ей навстречу, словно с нетерпением ожидая, когда она подойдет.

Не отпуская ее странным напряженным взглядом, он уже не сдерживал улыбки.

Радуется, значит, да? Тогда точно, она что-то натворила. И уже собралась обреченно шагнуть навстречу своему наказанию, неведомо за что, как назойливый торговец, что не унимался, упорно заводя с ней разговор, позабыв о своей матушке, сладко посапывавшей за его рыхлой спиной, схватил ее за широкий рукав.