Академия Менсор. Полог предубеждения

Они светились у всех разных цветов. У тех, видимо, у кого с концентрацией было получше, я видела не только один пульсирующий круг, но расходящиеся протоки к рукам, ногам, голове. Со стороны это казалось странным и очень мешало сосредоточиться. Как будто какая-то вечеринка-маскарад с рентгеновскими лучами, где ты должен определить человека по его внутренностям.

Одну пульсирующую точку я всё-таки узнала, но исключительно из-за того, что знала, где сидела Стеф. Она светилась зелёным, таким, как созревающие почки листьев или неспелые плоды.

Большинство других адептов тоже имели зелёный цвет резерва, но разных оттенков. Кто-то ярче, кто-то темнее. Ещё были и жёлтые точки, некоторые из которых отдавали краснотой. Меньше всего я увидела серых. Они казались самыми тусклыми.

Потом догадалась отвернуться к стене, чтобы всю эту разномастную картину не видеть. Вновь повторила упражнения с дыханием, обращаясь к своему внутреннему состоянию. Я пыталась вслушиваться в сердцебиение, что прилично замедлилось и которое я могла контролировать с лёгкостью частотой дыхания.

Последнее я замедлила, что помогло уйти в необходимое состояние ещё глубже. Я уже чётко различала даже фазы биения сердца, но найти средоточие своей магии никак не получалось. Даже с закрытыми глазами старалась разглядеть сама свою магию, чтобы понять, где она от меня спряталась. Но это не дало никаких результатов. Я была обычной собой, такой, в которой нет ничего особенного, а тем более – средоточия магических сил.

– Надеюсь, у вас получилось. Мы будем делать это на каждом занятии, с каждым разом всё углубляя и расширяя взгляд в свой внутренний магический мир. Со временем вы должны будете научиться обращаться к своему резерву и точкам скопления каналов без закрывания глаз и каких-то особых условий, ведь на поле боя, а я надеюсь, что такого у вас не будет, но всё же там никаких условий для концентрации вам создавать никто не станет, – вздохнул магистр Зириан, который явно избегал тему войны и её не любил.

Да и сам мужчина не походил на того, кто бы мог в этой самой войне участвовать. Он казался таким глубоким, эмоциональным и мягким человеком, что никак не сочеталось с грубой непроницаемостью и выправкой, необходимой для любого, кому бы довелось оказаться в подчинении вышестоящего лица в каком-нибудь подразделении. Сомневаюсь, что в Ан Домхайн всё сильно отличается от Земли.