Не драконь меня, Ведьма!

На предметы-то я не раз пробовала, и всегда получалось, а тут… Легкость наполнила все тело, я слегка подпрыгнула и подвисла в воздухе, медленно опускаясь к земле. В этот самый подлый момент, довольно резкий порыв ветра подхватил меня и больно упечатал в ближайшее дерево. За все приходится платить: довыпендривалась. Я невольно закричала. Боль раскатилась по всей спине и почему-то собралась в плече. Настройки сбились, и ко мне вернулся прежний вес. Секунды свободного падения… Всего-то два метра проехаться спиной по шершавой коре.

Тим в два прыжка оказался рядом с той точкой, куда так стремилось мое тело и, едва успел подхватить на руки. Больно-то как! Мама, роди меня обратно…

Я заскулила от боли. Инспектор отнес меня на одеяло. Аккуратно сгрузил.

— Сильно больно? – спросил он, ощупывая спину, — где? Это тебе еще цветочками покажется, вот вылечу и тогда так нашлепаю! Неделю сидеть не сможешь! А лучше две!

Но мне было не до того. Я постанывала от боли.

— Что тут у нас? — Тим перевернул меня с боку на живот,— так, небольшая, неудачно обломившаяся, ветка прорвала рубаху и на пару сантиметров вошла в левое плечо.

— Больно! – простонала я, при нажатии на одно из ребер.

— Чудесно! Еще пару трещин в костях заработала!— инспектор злился, и на этот раз заслуженно.

Подошла брюнетка, протянула ему резко пахнущую мазь, два куска бинта и бурдюк с водой.

— Помочь? И, кстати, я Марта, — сказала она, стрельнув в него глазками. Что, думала, я от боли не замечу? Прибью гадину!

— Нет, спасибо, — ответил Тим, впрочем, принимая лекарство и воду для промывания раны, — ветка вошла довольно глубоко, простым заклинанием тут не поможешь, а сложное на то и сложное, чтоб лечить смертельные ранения, — пробурчал он мне.

Он разорвал рубаху, промыл водой раненное место. Я старалась стойко терпеть.

– Ну, погоди, полегче станет, я тебе устрою! Это ж надо было додуматься сразу кинуть заклинание на себя! Мастерство свое хотела показать, балда! Да я и так без ума от тебя, а ты еще удивлять меня пытаешься! – ого, какие признания.

— А-а-а! – закричала я снова, когда он вложил мазь в рану.

— Терпи, это только первая пытка, которую я для тебя приготовил! – сделав злобный голос, сказал он.

— Боюсь-боюсь! – попыталась я засмеяться, ой зря. Сама себе больнее сделала. А вот заклинание обезболивающее он все-таки применил.