Попалась, ведьма!

Я даже не обиделась на то, что я «тупая и бездарная дочь», по мнению Эмилии. Я во все глаза наблюдала за ее преображением. Маскировочные чары слезали с нее подобно шкурки с перелинявшей змеи. И куда только делась та женщина, которой я украдкой восхищалось все это время? Передо мной стояла настоящая старуха. И очень злобная, если судить по ее насупленным бровям.

— Сколько ты тут уже? Ведь не меньше года, так? — Шейн покачал головой. — И за это время ты и не познала прелести спокойной жизни? Ты видела трибунал над ближайшими приспешницами Терезы.

Неужели в тот момент тебе не было обидно за то, что твои подруги погибли за преступления верховной ведьмы, а последняя вышла сухой из воды? Или забыла, что Тереза самолично привела в исполнении приговор магического надзора, не сделав ни малейшей попытки спасти их?

Эмилия низко опустила голову, как будто признавая горькую правоту блондина. Но почти сразу вновь вскинула ее и с затаенной ненавистью взглянула на Шейна.

Я невольно попятилась, почуяв, как тугой волной на меня обрушился чужой гнев.

Шейн в отличие от меня не повел и бровью. Он стоял, широко расставив ноги и скрестив на спиной руки. И от его фигуры упругой ровной волной шли спокойствие и уверенность.

— Да, я видела казнь, — глухо сказала Эмилия. — И поклялась отомстить. Именно поэтому я здесь.

— Кому ты поклялась отомстить? — резко спросил Шейн. — И как именно? Тереза получила по заслугам. Кому, как не тебе, знать об этом.

— Тереза была мне почти как мать, — с раздражением фыркнула Эмилия.

— Она научила меня всему, что я знаю. Показала, какой силой может обладать ведьма, если откажется от предрассудков. Долгие годы нас угнетали, нас унижали, нас…

— Да хватит!

Ого, как Шейн умеет!

Нет, он не закричал, вообще не повысил голос, даже напротив, выдохнул это шепотом. Но мельчайшие волоски на моем теле встали дыбом. Показалось, будто комната в один миг наполнилась клубками шипящих отвратительных созданий, чей яд способен убить за долю секунды.

Проняло даже Эмилию. Она переменилась в лице, побледнела.

— Ты говоришь сейчас словами Терезы, — продолжил Шейн. — Не своими. Неужели за эти два года ты не поняла, какому чудовищу помогала?

— Зато ты прекрасно понял. — Эмилия выдавила из себя измученную ухмылку. — Тебе ли упрекать меня в прошлом? Ведь именно ты был самым верным соратником Терезы. На твоих руках крови уж поболее, чем на моих.

Я широко распахнула глаза, неверяще уставившись на Шейна.