Эрлин из Красного Дома

- Может быть, Свельгу просто нужно время, - тихо говорит Эрлин. – Может быть, он станет прекрасным отцом.

Скорее для себя, чем для Хёнрира.

Хёнрир не отвечает.

Эрлин оборачивается к нему…

Он сидит в кресле, откинувшись на спинку, закрыв глаза… Спит? Слишком много сил пришлось отдать, и вчерашняя бессонная ночь… Он едва стоял на ногах.

- Лорд Хёнрир? – осторожно зовет она.

И что теперь делать?

Он не слышит ее.

Видно, как дышит – ровно и глубоко.

Подождать? Он проснется сейчас. Он же не может остаться тут на всю ночь?

Но пока она кормит Бьярни, наверно, не важно? Возможно, он проснется сам.

Эрлин ждет.

А потом?

Бьярни успевает наесться и тихо уснуть у нее на руках, сладко посапывая. Ей бы тоже пора раздеться и спать, но она не может… Как-то странно и даже неправильно раздеваться и спать при чужом мужчине… но и в одежде ложиться глупо.

Да и глупо, на самом деле, неудобно спать в кресле. Комната Хёнрира совсем рядом, стоит разбудить его, и пусть идет спокойно спать к себе, в кровати ему будет куда удобнее.

Эрлин осторожно подходит, касается пальцами его руки.

- Лорд Хёнрир…

Он хмурится во сне.

- Лорд Хёнрир, - она легко трясет его за плечо.

Но даже не успевает понять, каким образом вдруг все меняется.

Что-то в его лице… вздрагивают ноздри, он словно принюхивается. И открывает глаза. Почти черные – огромные расширенные зрачки, такой мрак… и тихий хриплый рык сквозь оскаленные зубы.

Эрлин пятится. Это так страшно, что хочется заорать.

Она видела это не раз – такой взгляд, такое лицо. Не Хёнрира, конечно, своего мужа. Когда тварь берет верх.

Пятится. Все сжимается внутри. И крик встает поперек горла, она слишком хорошо помнит: «Заорешь – убью! Только посмей кого-то позвать!» Но нужно защищаться, Эрлин пытается выставить щит, приготовиться. Она всегда знала, чего ожидать от мужа, но не понимает, чего ожидать сейчас. Аред насиловал ее, но что если Хёнрир сразу убьет.

Хёнрир медленно встает и идет на нее, шаг за шагом… у него дико, по-звериному, вытягивается лицо.

Резкие нечеловеческие движения, словно у куклы… Жажда крови.

Сейчас бросится.

Нет…

Эрлин судорожно прижимает к себе ребенка… хоть его защитить! Паника накатывает.

Не понимает, что ей делать сейчас.

И, видимо, как-то сильно сжимает руки, Бьярни просыпается и громко, обижено кричит. Ему страшно тоже, страх Эрлин передается.

И словно звенит натянутая струна. Что-то рвется.