Секрет Рорренгема

Девушка никогда не снимала своего мешковатого тряпья, даже ночью, и Кори не могла оценить её фигуру, но была уверена, что там нету чего-то откровенно отталкивающего. Чудаковатость облику придавала одежда, движения и то, что Бриана говорила. Всё то, что по мнению Кори, как раз можно было изменить, если постараться. И тот факт, что девочка, похоже, даже этого не замечала, казался странным. Неужели она, и правда, безумна? Слышит голоса или что-то вроде того? Или же Джон что-то разглядел в ней такого, чего Кори разглядеть не могла?

«А может он просто пожалел её так же, как тебя», - подсказал ей внутренний голос.

- Зачем расчёсываешь руку? - опять спросила Кори.

Бриана замерла, опустила рукав и сложила руки в замок на коленях.

- Прости.

- Мне-то что,- отмахнулась девушка. - Ты ведь себя калечишь, не меня.

- Мне жаль, - опять извинилась Бриана.

Кори пожала плечами, словно отмахиваясь от летающей мошкары. Прекрасная беседа под конец прекрасного дня.

- На это неприятно смотреть,- произнесла Бриана,- Я буду стараться не чесать руки, когда ты в комнате и бодрствуешь.

Кори опять взглянула на сидящую напротив девочку. Та выпрямилась, убрала ноги с покрывала и теперь была похожа на прилежных учениц воскресной школы. Сцепленные на коленях руки были напряженно сжаты. Было заметно, что Бриане стоит огромных усилий сидеть не двигаясь. Это усилие, эта внутренняя борьба электризовала воздух. За годы, проведенные в Яме, Кори казалось, что она давно позабыла, что такое эмпатия. Она редко восхищалась людьми, жалела их еще реже.

Однако сейчас, кожей чувствуя, насколько сильно старается этот ребёнок, она как будто вернулась в детство. Как будто снова ощутила детскую боль и обиду.

«Уродливая Кори! Громадина Кори! Пошли с нами в лес, будешь отпугивать волков и медведей!»

- Можешь чесаться, сколько влезет,- резко буркнула она, прогоняя воспоминания, и отвернулась к стене.

4. Бриана

Джон вернулся поздно и был не в духе. Он вошёл в комнату, служившую ему кабинетом, на ходу снимая плащ.

За ним по пятам шёл Гийом Грязный Рот, следом Клейтон. Бриану зайти никто не приглашал, и в любом другом случае она бы не осмелилась последовать за мужчинами, однако сегодня дело не терпело отлагательств.

Джон сел за стол и устало откинулся на спинку высокого отцовского кресла. После смерти старого главаря он мало что поменял в этой комнате. Разве что снял потрёпанный гобелен со стены, а на его место повесил большую карту Рорренгема.