Пропавшие в лесах Нетландии

Венди бежала, и ноги готовы были унести ее прочь, спасти, но в результате она буквально оказалась в тупике.

Она добралась до старого, полуразрушенного забора, за которым стеной стоял лес. Солнце только что село, придав всему, даже яркой листве деревьев, оранжевое свечение.

Будь Венди храбрее, она бы перепрыгнула через низкий забор и продолжила бежать. Но она никак не могла заставить себя ступить в лес.

Венди согнулась пополам и посмотрела на свои грязные босые ноги, стараясь отдышаться. Запах сосен и тяжелый летний воздух наполнили ее легкие.

Может, ей стоит вернуться в дом Джордан. Написать родителям и провести у подруги ночь. Может, присутствие Джордан успокоит ее и сотрет воспоминания, навеваемые лесом.

Может, если она возьмет себя в руки, ее мысли не будут выходить из-под контроля. Она ощущала, как ее разрушают предчувствие надвигающейся катастрофы, страх и усталость, которые не способен прогнать сон.

Может…

– Венди?

Ее голова взметнулась вверх.

Вот он, стоит перед ней, словно только что материализовался из упавших на землю листьев.

Питер.

Его глаза, от которых невозможно оторвать взгляд, мгновенно заворожили ее. Они были какого-то невероятного оттенка синего цвета. Яркие веснушки оказались вовсе не причудливой игрой флуоресцентного больничного света. Венди явственно видела их и теперь. Питер уселся на забор, его босые ноги повисли над землей.

– Венди, почему ты плачешь? – мягко спросил он. Этот голос был так хорошо знаком ей, словно она слышала его всю свою жизнь.

Ей хотелось верить, что это Питер, но тело отреагировало так, будто от него исходит опасность. Словно это дикий зверь, что-то принадлежащее лесу, которого она так боялась.

Венди моргнула, желая отогнать видение. Крик о помощи зародился где-то внутри, но так и не смог вырваться наружу. Онемевшие руки повисли вдоль тела, словно плети.

Питер спрыгнул и приземлился так тихо, что она этого даже не услышала, впрочем, у нее в ушах тем временем начал нарастать какой-то громкий рев.

Венди шагнула назад.

– Нет, остановись. – Вот и все, что она смогла выговорить.

– Что не так? – спросил он, его сверкающие глаза изучали ее лицо. Между бровями снова появилась морщинка.

Венди издала какой-то приглушенный звук – нечто среднее между смехом и плачем. Все это не по-настоящему. Ей нужно убраться отсюда. Он не может быть Питером Пэном.