Маленькие истории вселенского масштаба

Но тем не менее контейнер пошел на спуск, погружаясь в черную рамку разрыва реальности Милосердия. Осталось только посадить его так, чтобы не развалился уже в мире…

…Говорят, первые годы жизни для человека самые важные. Они формируют личность, создают фундамент будущего, определяют границы того, чем вырастет это малое существо не меньше генетики. И Аян повезло. Первые четыре года она росла в тепле, заботе и любви. В надеждах на сильную, но ответственную магичку, которой ей суждено стать, как только ей исполнится пятнадцать.

Такой, как мама в свой пятнадцатый день рождения. Такой, как отец в свой. Как все в их династии придворных магов.

Но некоторые вещи стирают даже фундамент. Стирают, вплоть до забвения, заменяя его ненадежной ложью.

Но память не уничтожить. Она хранится в людях, и они делают все чтобы передать ее дальше. Десять лет, одиннадцать месяцев и две недели потребовалось памяти о родителях чтобы вернуться к Аян через уста старой замковой служанки. Вернуться и заставить маленькую девочку бежать.

Прочь из давно уже не родного мира, от существа, принимаемого искалеченным разумом за отца, от себя и настигающей правды…

– Все-таки решила прогуляться?

Занятый размышлениями о своей короткой, пусть и яркой жизни, я даже не сразу заметил как в Милосердии появилась Аян. Она просто прошла мимо кабины управления контейнером, на котором я сидел, и, судя по реакции, замечала еще меньше моего.

– А? – взгляд девушки еще блуждал, как если бы мой вопрос выдернул ее из сна.

Но в нем начал проблескивать разум. Впервые за три дня.

– Давно пора, – я спрыгнул с крыши кабины на траву и принялся вводить код открытия – Сорок два, двадцать один… Кстати, как ты спустилась?

– Э-э-э… – Аян покрутила головой, то ли пытаясь быстро оглядеться, то ли просыпаясь окончательно – Я?

– Ну да, – я откинул кодовую панель и магией толкнул дверь-створку влево. Аян проводила ее взглядом и вновь огляделась.

– Я… Через станцию, – неуверенно ответила она, рассматривая косое, явно наспех строенное нагромождение бетона за моей спиной.

Так, словно впервые его видела – Да.

– Тогда поздравляю. Ты записана в местные жители, пожизненно, – я включил свет в контейнере и вытащил на свет электрический связки ломиков – И обратно тебя не выпустят.

– Что?

– Видела турели у дверей? Они выпускают, но не впускают. И, к сожалению, с ними не договоришься, – я прислонил орудия труда к стенке у входа, вышел и критически осмотрел результат.