Мама поневоле или Невеста Лядяного дракона

Король нахмурился, явно обдумывая сказанное, но к его чести вопросов не задал.

- Князь ТагКартен был дружен со многими фамилиями, входил в совет... Я могу взять его семью во дворец, мальчик получит лучшее образование, а княжна составит блестящую партию...

- О княжне речь не идет. Только вдова и ребенок, - чуть повысив голос, перебил Ледяной.

Он сам не заметил, как при мысли о возможном женихе для Алексы в груди вспыхнуло раздражение.

- Могу я поинтересоваться?..

- Нет! - Альдар рявкнул так, что его наверняка было слышно далеко за пределами тронного зала.

Его реакция ничуть не оскорбила короля, а наоборот, лишь развеселила. На губах Августа расцвела отвратительная понимающая улыбочка, которая взбесила так гордившегося своей выдержкой повелителя Севера еще больше.

- Что ж, в таком случае, могу дать королевское слово, что позабочусь об этих двоих. Прямо сейчас отдам советующие распоряжения.

- Отлично, - сквозь зубы процедил Ледяной, пытаясь обуздать вспышку гнева.

- Только помни, какая бы информация ни всплыла об их папаше, на женщине и ребенке это никак не должно отразиться.

Он считал, что давно утратил способность к ярким эмоциям, и вот, меньше чем за сутки какая-то девчонка сумела разбудить в нем то, что он давно считал отмершим за ненадобностью.

Понимая, что дальше он продолжать разговор не собирается, Альдар просто щелкнул пальцами, призывая магию Севера и переносясь за пределы королевского дворца.

Теперь можно не сомневаться, что Август пытается призвать его снова, если в Вертморте что-то случится, но, как ни странно, сейчас владетеля это практически не волновало.

Как не волновало его и то, что станет с отцом девушки. В конце концов, сделку он заключал, обещая спасти лишь мать и брата, и большего делать не собирался.

Переместившись обратно на Север, в свою вотчину, он первым делом в образе дракона облетел небольшую деревушку, в которой оставил Алексу.

В то, что там девушка будет в безопасности, можно было не сомневаться. Никто из живущих на подвластных ему землях не посмеет тронуть ее, ведь на ней его метка.

Мысли вновь скакнули на странное и чудовищное недоразумение, что случилось, когда Альдар поддался соблазну и прикоснулся к ней.

Незримые узы соединили их, вырисовывая узор, подобный тому, что носят на своих браслетах помолвленные влюбленные.