Морфа

Я как будто увидел эту картину со стороны.

Исчадие ада! Собрал вокруг себя всех обделённых и обездоленных!

— Каэн, — сквозь плач выпалила Зента, — ты же нас не бросишь?!

Бездна! Да что же это творится!!

Глава 9

Запряжённые звери неслись, счастливо маша крыльями. Экипаж, раздобытый Лейком, нашёлся в целости и сохранности. Рядом со мной на облучке примостился Берт, сзади в карете одна на двух сиденьях расположилась Зента, держа на коленях корзинку с мером. Куда же без мера! Весь свой нехитрый скарб женщина собирала быстрее, чем мы втроём искали эту корзинку.

— Зента, — в очередной раз проворчал я, — у нас с Лейком нет своего дома.

— Ага! — кивнула великанша.

— И кухарку нам держать негде!

— Понятное дело!

— Мы постоянно в разъездах, в Айгере время от времени. Иногда по полгода не появляемся!

— Угу… Каэн, а ты мясо любишь с корочкой или без?

— С кровью, — буркнул я, — человеческой.

Не преувеличиваю — Берт рядом зафыркал. Ровно строг.

— Что ты веселишься?! — гневно зыркнул на него я. — Рассказывай лучше, как ты во всё это вляпался!

В процессе сборов и поисков корзинки мы с воякой как-то незаметно перешли на «ты».

— По дружбе и по глупости, — загрустил Берт. — Мы со Скином в одном отряде служили, вместе в Лирии воевали. В Аржене под тот клятый Веер вместе попали. Ранили обоих, тяжело, я попал к целителям, он считался погибшим. После меня в отставку отправили, я телохранителем работал, схлестнулся с таким гадом… высокородным! Обвинение, ссылка… В Кучри выслали, на самой границе с Орхиллом.

А месяца три назад вдруг является Скин! И рассказывает… Как нас под тот Веер послали, заранее зная, что в живых почти никого не останется. Как на поле боя наши маги струсили, сбежали, раненых побросали. Каково ему в лирийском плену эти пятнадцать лет было… А потом спрашивает: хочешь поквитаться с Фернаром? За то, что какой-то богатенький сынок тебя, боевого ветерана, прилюдно унизил, а король не вступился? Откуда-то узнал, что я тогда прошение писал, а Фернар палец о палец не ударил…

Вояка тяжко вздохнул и продолжил:

— Я поддакнул, и тут всё завертелось.

Указ о моём помиловании, разрешение жить в столице. А потом — не знаю, как получилось… Именно со мной она и начала разговаривать.

— Она?

— Королева. Это я так считал вначале. Я ей благодарен был, указ о помиловании ею был подписан. Пока не увидел… Когда-то, мальчишкой, я в королевском дворце кучером был. И Вилену помню немного, но то, что сейчас передо мной не она, сразу понял.