Последнее пророчество Эллады: Спасти Персефону

И Зевса с Посейдоном, опять же, потребуется чем-то занять – последнее, что ему нужно от жизни, это скидывать братьев в Тартар.

Итак, нужно вернуться.

А, значит, Аресу придется слезть с трона и вернуться к своим военным делам.

А вот что делать с Персефоной, с этим хрупким нежным цветком, оказавшимся на троне и изменившимся до неузнаваемости, Аид не знал. Слишком опасная, слишком холодная, слишком уязвимая.

В далекой Гиперборее, где бывший царь провел несколько столетий, зимы были холодными и снежными, и люди порой замерзали насмерть.

Их находили весной – холодных, застывших, не тронутых тлением. Иногда казалось, что человека еще можно спасти, отогреть – но нет, душа уже покинула тело и стараться бесполезно. Все, что ты получишь в итоге, это груду быстро гниющего мяса.

Но, может, царица еще жива. Аид встречал и таких. Может, тепло верхнего мира, лета еще способно ей помочь. В конце концов, кто-то же должен этим заняться, даже если все остальные считают, что все в порядке.

Правда, Владыка не может заниматься всеми проблемами, которые только появятся у него на пути.

Не может, наверно – но Аид только так обычно и делал, и не видел причин отказываться от привычного плана. Ну а чтобы иметь немного свободного времени, ему следовало завести парочку надежных соратников, на которых можно спихивать те дела, за которые по каким-то причинам не хочется браться самому.

Именно этим он и собирался заняться, пока Персефона выслушивает дурацкие ультиматумы Минты.

Перед дворцом Таната было холодно и мрачно, и внутри, наверно, тоже (если он не сделал перепланировку – что вряд ли). Убийцы на месте не было, и Аид расположился неподалеку от входа. Хтоний он не снимал.

Спустя час бесплодного ожидания Аид подумал, что с таким графиком Танат может сутками не появляться дома, и пошел к Гекате.

У Трехтелой тоже был дворец, куда более красивый и изысканный, чем логово Таната. Совсем небольшой, с аккуратными декоративными башенками, но именно дворец, а не дом.

Невидимость не могла обмануть ее защитные заклинания, поэтому Аид не стал заходить – остался у приоткрытой двери.

Богиня никогда не посылала открывать служанок-теней – не хотела нервировать посетителей. Ее служанками и ближайшими помощницами были ее же бывшие жрицы, обладающие очень своеобразным чувством юмора и такими же манерами, так что не все посетители могли их выдержать.