Взгляд истинной страсти

Он схватил тонкие запястья Гертруды, а затем тихо произнёс:

- Именем императора Теллурии, откройся, - давняя притча, рассказанная ещё дедом, что магические замки должны повиноваться королевской крови Императора, оказалась неожиданно верной. Замок щёлкнул тихим щелчком. – Сработало… - выдохнул Нар, хватая рыжеволосую травницу на руки. Девушка тихо застонала, но глаз не открыла. Видимо магия кандалов оказалась гораздо сильнее, чем многие думали. Надо будет заняться этими железками и теми, кто их производит и кому продаёт – невольная мысль посетила голову императора и тут же исчезла.

Нужно было спасать рыжеволосую девушку и самого себя, а так же всех вокруг из чертог грешников на краю Грани. Со всем остальным можно разобраться и позже.

- Ты мо-о-о-й!!! – новый визг взорвал перепонки несчастных магов и самого Нарцисса. Чтобы ещё раз он женился! Да ни за что! Нет, можно было бы поверить, что это не его жена, а просто чудовище, созданное придворным магом, но…. У представителей королевской крови не бывает магии, но магический дар иногда проявляется.

Наследие короны блокирует его. Император, король, царь, государь – названий много, но суть одна, его величество не может быть магом. И всё же, дар проявляется, и как быть тогда? Полная блокировка дара очень негативно сказывается на здоровье. Наделённый даром просто сгорает (страшнейшее наказание для преступников, но уж никак не императоров). И вот было найдено решение. Магия преобразовывается в интуицию. Не у всех представителей королевской крови проявлялся магический дар, но именно у них развивалась хорошая интуиция. Интуиты, так называли правителей Алмазийского дома.

- Нет, не твой, - тихо произнёс мужчина, крепче прижимая к себе маленькую фигурку в чёрном платье. Бледная кожа светилась, а пятна чёрных веснушек россыпью темнели на щеках. Пудра давно стёрлась, тушь поплыла, от макияжа ничего не осталось, так намёки, однако именно сейчас Гертруда Изумрудная казалась более красивой и беззащитной в глазах Нарцисса. Мужчина поудобнее перехватил девушку на руках.

Вой разразился по закоулкам заброшенного храма. Даже в самой столице услышали этот протяжный крик пробудившейся нежити, окончательно утратившей человеческое начало.

Вспыхнули заклятия магов, раздавались крики то тут, то там, вспышки магии. Эрван опустошал один за другим защитные амулеты, но тьма расползалась по залу. Нежить росла на глазах, поглощая свет Луны и магии нападающих магов. Теперь она его не боялась.