Обсидиановые звёзды

И вдруг подумал, что кольчуга вот именно сейчас была бы кстати. Вошел в трапезную следом за принцессой и стал слева возле стены, как полагалось.

В зале не было людно. Столы убрали, остались только кресла на небольшом возвышении — имитация тронного зала. Кейасу даже показалось, что их привели на королевский суд. По центру восседал император, по его левую руку императрица, а по правую Дир. Рядом с императрицей разместился чуть ниже жрец. И хищный взгляд священослужителя не предвещал ничего хорошего. Эйбис в растерянности застыла почти на пороге, пока император жестом не приказал ей подойти.

— Подойти, дитя! — ласково позвала Эйбис императрица.

Принцесса застыла напротив владетельной семьи и присела в реверансе, как принято на официальных визитах во дворец, хотя в штанах он смотрелся неуместно.

— Почему ты не в платье? — задал вопрос император.

— Я была у лекарки, мы собирали травы в лесу, в платье неудобно, — голос принцессы дрожал, она запиналась, не понимая, почему император смотрит на нее с таким осуждением, — я хотела переодеться, но мне велели идти сюда…

Она замолчала и застыла, опустив взгляд, ожидая слов императора, не решаясь заговорить первой.

Иригон не спешил начинать разговор. Он облокотился на спинку кресла и потер виски руками. А после обратился к священнослужителю:

— Начните, великий жрец!

— Как пожелаете, ваше величество, — он повернулся к императору и наклонил голову в почтительном поклоне.

— Скажи, дитя, как часто ты посещаешь часовню? — ласково начал жрец, но Кейас знал насколько обманчиво его дружелюбие.

Эйбис растерялась. Кей знал, что в часовне девушка бывает крайне редко, но положенную еженедельную норму выполняет.

— На каждом исходе недели, святой отец, — тихо ответила она.

— О чем ты просишь в своих молитвах? — продолжил допрос жрец.

— Прошу благополучия моим родным и народу, — эта фраза давно заучена Эйбис, ведь они просто нагло болтали в храме единого бога.

— А прощения за грехи? — вкрадчиво поинтересовался жрец.

Глаза принцессы распахнулись в удивлении.

— Конечно, прошу прощения за грехи, — согласилась она.

— Какой же последний грех ты совершила, дитя мое? Ответь как перед богом, ведь здесь присутствуют только твои родственники.

Эйбис непонимающе посмотрела на императрицу и императора и даже на своего стражника скосила взгляд.