Обсидиановые звёзды

Сердце сжалось, захотелось вскочить и спрятать ее за спину, защитить. Но он не мог. Спасать можно по-разному, сейчас только так он мог защитить свою принцессу.

— Даже если так, — голос императора над головой прозвучал как гром, — ты должен был понимать, что нанесешь урон репутации принцессы таким поступком. Я могу тебя за это повесить.

Ладошки Эйбис сжались в кулаки, ногти впились в ладони. Кейас представлял чего ей стоит – держать себя в руках.

— Как вам будет угодно, ваше величество, — в горле пересохло, он едва смог произнести эти слова, но быстро взял себя в руки и сделал последнюю попытку оправдаться.

— С детства я считал принцессу своей сводной сестрой. Моя мать считалась ее названной матерью. Я пошел к ней в комнату, как к сестре. В детстве ей часто снились кошмары, особенно при полной луне. Я часто отгонял от нее плохие сны и сегодня даже не подумал, как может быть расценен подобный поступок. Ваше величество, накажите меня, как считаете нужным, но принцесса ни в чем не повинна. Она хранит свою честь и невинность для будущего мужа.

Император сел назад в кресло и громко вздохнул. Эйбис не поменяла позы, застыла как статуя, ожидая решения императора. Ни звука не доносилось от нее, но Кейас знал, что по ее лицу сейчас беззвучно катятся слезы.

— Парень говорит правду, — вступилась за воспитанницу Лайла. — Они действительно с детства дружны и считаются названными братом и сестрой. Именно поэтому вы и назначили его телохранителем принцессы, ваше величество.

— Даже если так, — устало отозвался Иригон.

— Слухи все равно пойдут. Его видели. Нужно что-то более веское, чем слова мальчишки. Все будут говорить, что мой племянник рогоносец… Это не приемлемо.

— Если вы казните парня, то все убедятся, что слухи правдивы, — возразила императрица.

— Нет, пожалуйста, не надо! — сдалась Эйбис и бросилась на колени перед императором.

Когда-то она уже так делала. Кейас грустно улыбнулся. У принцессы сдали нервы и это понятно. Но она не понимала, что сейчас приговорила его своим поступком, показала, как дорог воин, в связи с которым ее обвиняют.

Кей скосил взгляд. Его малышка Би на коленях перед троном, склонила голову, скрывая слезы. Сердце сжалось от боли и жалости к ней.

— Да она защищает своего любовника! — взвыл Дир и вскочил с места.

Только по звуку шагов Кейас понял, что племянник императора пошел к нему. Кей почувствовал сильный удар ногой в бок и стиснул зубы, чтобы не застонать. Ничего нельзя было предпринимать, только терпеть.