Обсидиановые звёзды

Она поднялась, собираясь покинуть воспитанницу, но была остановлена злыми словами:

— А то, что Кейаса изобьют кнутом — это пустяк? Он же пыль под вашими ногами.

В ответ на свою дерзость Эйбис получила пощечину.

— Не смей со мной так разговаривать, девчонка, — рыкнула в ответ Лайла, когда девушка схватилась за щеку и удивленно подняла глаза на правительницу. — Ты сама виновата! Лазишь по ночам на крышу с Кейасом! Купаешься с ним в озере! Благодари богов, что никто не заметил этого. Или ты думаешь, я ничего не знаю?

Эйбис вздрогнула.

— Пусть все происходящее будет тебе уроком! — продолжала вычитывать ей императрица. — Ты и только ты подставила своего, — императрица замялась, — друга. Из-за тебя Кея накажут, а не из-за нас! Репутация для девушки — все. Не смогла оставить ее незапятнанной — отвечай. Если ты еще не поняла, Кейас тебя спас. Подставил спину под кнут, чтобы тебя выгородить. Будь достойна его жертвы.

Эйбис отвела глаза, кровь отхлынула от лица.

— У тебя прекратилось кровотечение? — холодно спросила императрица.

Эйбис кивнула. Щека горела после пощечины. А в душе поднимался ураган, замешанный на обиде и щедро усиленный осознанием своей вины.

— Собирайся! Завтра тебя отвезут на церемонию в главный храм. Вынеси испытание с честью. Будь достойна своей матери!

И Лайла вышла, хлопнув дверью. А Эйбис так и осталась сидеть с ровной спиной, бездумным взглядом глядя в стену, прижимая ладонь к щеке. Императрица поступила с ней жестко, но справедливо.

Она завтра будет сильной. Докажет им всем, что стала жертвой клеветы, как бы не было страшно, унизительно и больно.

Но сегодня так паршиво на душе. Одинокая слеза потекла по щеке. Эйбис даже не попыталась ее стереть. Небольшая слабость, последняя. Больше никто и никогда не увидит ее слез.

Но у ее слабости оказался неожиданный свидетель. Черный ворон приземлился на окно и смотрел на нее черными бусинками глаз.

— Да, что же ты пристал ко мне, — рявкнула девушка. — Убирайся! Нет у меня ничего.

Хотя на столе так и остался остывший ужин.

Ворон с упреком каркнул и улетел. А Эйбис всхлипнула. Боги! Даже птице она не нужна. Никому в этом мире. Пекло в груди, перехватило дыхание. Она кусала губы, чтобы удержать рвущиеся наружу рыдания и от этого душу сводило судорогой.

Хлопанье крыльев заставило принцессу вздрогнуть.