История Мадлен

- Все-таки удобно, - прошептала я, зевая и потягиваясь. - Ешь всякие вкусности и краше становись. И никаких тебе диет!

Этой ночью мне снились красочные сны, навеянные вечерними размышлениями, и я порхала пышнотелой нимфеткой в «Оленьем роге», а на изумрудной поляне аристократы играли в жё-де-пом*...

Проснулась я довольно рано и посмеиваясь от своих ночных видений, не спеша привела себя в порядок. Позавтракала, выпила кофе и отправилась к Колетт за адресом, дабы не терять драгоценное время.

В доме еще было тихо, лишь бесшумно сновали сонные слуги, приводя комнаты в порядок.

Я порадовалась, что пришла в столь ранний час - видеть Бернардет это не то удовольствие, которое бы мне хотелось испытать с утра. Колетт была на кухне, и я застала ее с кружкой чая в пухлой ручке.

- Коллет!

Девушка удивленно подняла голову и воскликнула:

- Мамзель, что-то случилось?

- Нет-нет, мне помощь твоя нужна, - успокоила я ее. - Я хочу найти работу компаньонки и не знаю, к кому обратиться. Может, ты знаешь адреса тех дам, что посещали тетушку?

-Мадам Кларисса и мадам Барбара, - уточнила служанка и отряхнув передник, сказала: - Я знаю где живет мадам Барбара.

Фобур Сент-Оноре, тридцать. Совсем рядом, магазин тканей «Флоресант». Мимо не пройдете, мамзель, уж очень особняк красивый! На воротах - лошади с крыльями!

- Пегасы, - я улыбнулась ей. - Спасибо Коллет, ты меня очень выручила.

- Вы как за ворота выйдете, держитесь левой стороны и до самой площади идите, - объяснила она и добавила: - Только держитесь подальше от окон, не ровен час, вывернут чего на голову!

- Я постараюсь, - пообещала я, вспомнив, что в этом времени такой конфуз вполне вероятен.

За это могли оштрафовать, конечно, но облитому человеку от штрафа легче не станет. - Все будет хорошо.

- Ох не знаю... - служанка посмотрела на меня с жалостью. - Станет ли она с вами разговаривать? У мадам Барбары гонору на десять человек хватит.

- Не съест же она меня! - я подмигнула изумлённой девушке и бодро пошла навстречу своей судьбе.

Мое настроение начало портится, стоило мне выйти за ворота и оказаться на шумной улице. Голубые проплешины на сером небе пропали окончательно и зарядил холодный дождик, попадая мне за шиворот. Шляпа не спасала совершенно, и я зло поморщилась, отчаянно желая вернуться домой. Нет. Если решила, нужно идти.

Мне казалось, что я никогда не привыкну к грязи, царившей на улицах. И в этом был виноват не только дождь, припустивший вовсю.