История Мадлен

Ветерок, залетал под шляпку и легонько трепал выбившиеся из прически волосы, отчего хотелось быть просто восемнадцатилетней девушкой, не обременённой заботами и проблемами.

У меня были деньги, было много планов, и теперь, я должна была поймать удачу, которая мне очень бы понадобилась. Улица кишела людьми – бегали подмастерья, зазывалы предлагали свой товар, разносчики предлагали еду и питье, сидели штопальщицы, чинившие одежду, а из дубильных цехов волнами доносился неприятный запах, от которого хотелось прикрыть нос.

Двери мастерских были распахнуты, и любой прохожий мог заглянуть внутрь, чтобы посмотреть на кипевшую там работу. Мрачные каменные стены зданий, громкие крики и не всегда приветливые лица совсем сбили меня с толку. И вывеска за вывеской я все дальше углублялась в предместье Парижа.

– Мамзель! Позвольте почистить ваши ботинки! – звонкий, детский голос, раздался совсем рядом, и я оглянулась. Передо мной стоял грязный мальчишка и радостно улыбался во весь рот.

– Спасибо дорогой, не надо, – я тоже улыбнулась ему, отмечая, что ребёнок, несмотря на грязь, очень приятен – особенно доброжелательным взглядом, в котором явно прослеживался живой ум. – Мне еще долго ходить здесь, так что чистка не имеет смысла.

– Я прошу вас, будьте добры ко мне, – мальчик растерянно развел в руками, с зажатыми в них щетками. – Мне очень-очень нужно принести домой немного денег, чтобы моя семья не умерла с голоду!

Такие истории маленькие парижские попрошайки могли рассказывать без конца. Часть была правдой, а часть – выдумана для жалости. Далеко не все такие дети отличались порядочностью, и я покрепче сжала в руках сумочку – здесь её могли и вырвать из рук. Но все же он что-то тронул в моем сердце.

– Что случилось с твоей семьей? – я порылась в кошельке и протянула ему монетку. – Где ты живешь?

– Если спуститься по улице вниз, то сразу за углом пекарни, а если пройти по этой грязной тропке, то вы увидите мой дом еще раньше! – с готовностью ответил ребёнок и спрятал руки за спину, чтобы не брать монету. – Благодарю вас, мамзель, но я ничего не сделал, чтобы взять эти деньги.

Он меня поразил.