Кодекс дракона

– Неужто Рикки собственноручно бы пытал меня?

«Вряд ли, конечно, – нехотя признал внутренний голос, но сразу же добавил с нескрываемой кровожадностью. – Только если бы ты отказался отвечать на его вопросы. А уж я, поверь, сумею сделать так, чтобы ты и звука не издал, если по собственной дурости попадешься в лапы к храмовникам. Так сказать, получишь по полной еще при жизни. И потом еще на землях мертвых отсыплю наказаний с избытком».

– Но Рикки не надо заставлять меня говорить, – вяло возразил я, мало впечатленный угрозами моего постоянного собеседника.

Если честно, он, по‑моему, уже начал немного повторяться. – Свои мысли ведь я не смогу контролировать.

«Зато я смогу. – Бог‑отступник негромко рассмеялся. – Шени, и при первом твоем разговоре с Рикки, и при втором у него не зародилось ни малейших подозрений о том, что твой разум частично принадлежит мне. Полностью блокировать от него мысли я не решился, иначе это бы насторожило его. Лишь скрыл свое присутствие, сделав часть твоих мыслей недоступными для него.

Но постоянно так поступать слишком опасно. Рикки, что скрывать, весьма талантлив и может заподозрить неладное. Поэтому теперь я придумал лучший выход. Когда ты в следующий раз будешь разговаривать с мальчишкой, то при всем желании не сумеешь обо мне вспомнить. Словно нашего договора никогда и не было. Так будет легче убить его, воспользовавшись неожиданностью нападения. Идеальный убийца – тот, кто еще не подозревает о своем задании. Но при первом же удобном случае ты превратишься в орудие возмездия, выполнив свое предназначение. Однако поверь: в моих силах блокировать абсолютно все твои мысли. Если ты попадешься – я обязательно именно так и поступлю. В наказание и назидание».

Я почесал нос и вышел из комнаты, не особо вслушиваясь в грозное бормотание бога‑отступника. В самом деле, сколько можно пугать? Я и так уже понял, что попал в крупные неприятности, из которых практически нереально выбраться живым. Ну, или хотя бы мертвым, но сохранив право на заслуженный покой по ту сторону реки забвения.

Надоело, честное слово!

Я быстро сбежал по лестнице, насвистывая легкомысленную и не слишком приличную песенку про разбитную веселую вдовушку. Правильная, боевая злость всегда приводит меня в хорошее настроение. Когда она приходит ко мне – самое невыполнимое дело кажется пустяком. Именно то, что целитель прописал в моем бедственном положении.

* * *

Вечерами, когда спадает жара, особенно изматывающая этим летом, Лутион оживает.