Кодекс дракона

На тесных улочках становится не протолкнуться. Степенные семейства медленно прогуливаются, трогательно держась за руки и намертво перекрывая любое движение. Влюбленные парочки заранее занимают скамейки, дожидаясь, когда милостивая ночь накинет на город покрывало, скрывая их шалости от благовоспитанного люда. В толпе шустро снуют чумазые мальчишки, опасно балансируя горами свертков и узелков, – посыльные из лавок, разносящие заказы. Наверняка среди них затесались и молодые, но уже опытные карманники, ловко срезающие кошельки во время будто бы случайных столкновений.

Я притормозил на пороге, вдохнув полной грудью воздух и пытаясь определить, не ведется ли за мной слежка. Вроде бы, нет, все чисто. Драконьими чарами, хвала всем богам, тоже не пахнет. Только на самой грани восприятия зреет аромат приближающейся грозы. Вон, и край неба, выглядывающийся из‑за ближайшей крыши, налился угрожающей синевой. Эх, плащ не взял, а возвращаться не хочется.

Я быстро пошел по направлению к нижнему городу, ловко маневрируя между праздно шатающимся людом. По дороге не удержался и дал увесистый подзатыльник неумелому воришке, слишком явно пытающемуся подобраться к богато одетой женщине. Жалко дурня. Попадется в лапы городской страже – десяток больших прутняков схлопочет, хорошо, если к позорному столбу не приговорят.

Мальчонка испуганно отпрянул в сторону, подавившись визгом, но протестовать не осмелился. Правильно, знает, что грязно работает. Пусть учится.

Легкая улыбка не сходила с моих губ весь недолгий путь до знакомого постоялого двора. Гуляющие девушки, принимая ее на свой счет, украдкой подмигивали мне, зазывно строя глазки. Несколько замужних сударынь проводили меня задумчивым взглядом, явно сожалея об упущенных выгодах молодости и свободы.

Если бы они только знали, какие мысли в действительности бродили сейчас у меня в голове. Именно с такой улыбкой я шел на штурм постоялого двора, надеясь если не на избавление от проклятья, то хотя бы на быструю и легкую смерть. Именно так я улыбался, глядя в мертвые глаза своего предшественника, заняв его место в гильдии. Веселая ярость бурлила в моих жилах. От напряжения, казалось, даже волосы потрескивали – проведи ладонью, уколешься.