Арсений

- Я не привыкла тянуть, ходить вокруг да около, - Зоя явно нервничала, голос ее был напряжен, - я люблю тебя, и пришла сама, первая. Сочти меня за легкомысленную женщину, я не возражаю. Главное – сделать первый шаг. Потом мы будем вспоминать этот вечер со смехом, и рассказывать о нем своим внукам. Кстати, о внуках…

Она огляделась, нашла глазами диван и устремилась к нему.

- Так, ты его сейчас же разбери и заправь красивым постельным бельем. А я сейчас…

Зоя, не глядя на молча стоящего рядом озадаченного Арсения, принялась расстегивать пуговицы легкого цветастого сарафана.

- Подскажи, где у тебя ванная комната? – сарафан упал на пол, сгустившиеся вечерние сумерки наполнились белым и розовым.

Арсений шагнул к девушке и крепко прижал ее к себе.

- Постой, еще рано… - она попыталась освободиться. Но мужские объятия были крепкие, и она никак не могла выскользнуть из них. Тогда Зоя замерла. Расслабилась. Прильнула сама к Арсению, - хорошо, как скажешь. Ты, кстати, прав. Вам, мужчинам, надо время на подготовку.

Предварительные ласки там… все такое… Наверное, просто ты очень сильно меня хочешь. Понимаю…

- В этом мире еще не придумано прибора, который смог бы измерить силу, с которой я тебя хочу, милая. – он чуть отстранил ее от себя, не выпуская из крепких объятий, и взглянул в глаза. Его кареглазый ласковый взор был наполнен нежностью и грустью. – Я знаю, что ты нервничаешь. Знаю, что ты долго думала, прежде чем направилась ко мне. Знаю, что ты ужасно смущаешься, и считаешь себя дурой…

- Откуда ты…?

- Я знаю даже то, что ты попросила у Лопуховой из отдела кадров посмотреть личные дела, а когда та разговаривала по телефону с сыном, тайком достала мое личное дело.

Ты даже не стала записывать мой домашний адрес, а просто запомнила его. Навсегда.

- Откуда…? - Зоя попыталась освободиться, но Арсений не разжимал объятий. Это не были объятия любовной страсти, это были объятия помощи и понимания.

- Просто лично я сделал бы именно так. Еще и зная Лопухову и ее заботу о сыне до полного отключения внимания… - Арсений пожал плечами и улыбнулся.

– Знаешь, сегодня ты позволила мне увидеть одну из самых прекрасных картин на свете! Но иногда такую красоту надо все же спрятать от мужских глаз… Нельзя лопать мед ложками, без чая и бутербродов. Кстати…

Он выпустил покрасневшую Зою из объятий, помог ей одеться и пошел на кухню ставить чайник.

- Ты меня не хочешь. – Зоя тоже вышла на кухню. – Ты слишком благороден.