С точки зрения Чудовища

Тот смотрел на нее и было в его взгляде что-то такое… удивление? Растерянность? Настороженность?

- О чем ты хочешь спросить меня, Исабель? Я же вижу.

Ничего-то от него не скрыть.

- Я не верю… я не считаю тебя Чудовищем, Винсент. Не могу тебя считать, ты не сделал мне ничего дурного. Ни мне, ни отцу, ни Ленно, Арелу, Ханне, Агнес… И дело ведь не только в том, что мы… нужны тебе, так? Тот, кто дурен мыслями и сердцем не сможет быть хорошим. Но что все-таки случилось тогда, в ту ночь? Кем ты был, Винсент? – выпалила одним духом Исабель.

И глаза от лица виконта уже не отводила.

Тот покачал головой.

- Да уж. Этот разговор вести надо в полумраке, за бокалом вина, чтобы камин горел, чтобы хороший ужин расслабил, чтобы сама обстановка располагала к откровениям. А я сижу тут, после того, как несколько часов таскал с Ленно камни, весь пропотел, солнце греет мне затылок, ты стоишь в платье твоей мамы, а я даже не сказал, что оно очень тебе идет. Правда идет.

- С-спасибо.

Виконт встал, взял со столика оставшуюся со вчера бутылку с янтарной жидкостью, бокал и плеснул себе немного.

Сделал глоток, отвернулся к окну и пожал плечами.

- Хорошо. Ты честно спросила. Я честно тебе отвечу. Наверное, после моего болезненного бреда ты уже смогла понять, что мой отец был не самым ласковым человеком. Он был очень умным, не жадным, и по-своему любил маму. Как красивую ценную вещь – его нежная Касси. А еще он был человеком жестких правил. И никто и ничто не могли заставить его от этих правил отступить. Моя мама поняла это уже после свадьбы.

Нет, он ни разу не поднял на нее руку – унизить он мог и без удара. А вот со мной… со мной в его руке хлыст появлялся каждый раз, когда я, по его мнению, вел себя не по-мужски. Хоть немного отступал от его понимания того, каким должен быть настоящий наследник. Мужчина.

Винсент снова сделал глоток.

- Маму он мучил иначе. Равнодушием почти ко всему, что было дорого ей. Отношением ко мне. Запретом делиться тем, что ей близко и важно со мной. Десятками условностей, правил, требований, установленных им.

Одним из них был запрет приезжать сюда. Жена отца должна была блистать круглый год в суете светской жизни, а не сидеть в удаленной уединенной Лозе. И не важно, как она себя чувствовала. Хотела этого или нет.

Виконт повел плечами, словно ему вдруг стало зябко.

- Это до моего рождения он еще сдерживался. Берег душевное здоровье матери, позволил ей обустроить тут все, пожить. Ну а как я родился… беречь маму смысла уже не было.