С точки зрения Чудовища

Я тоже устал, но знаю, что сегодня мой сон будет спокойным. Лекарство и проклятье взялись за руки и лечат меня намного быстрее, чем раньше. Болезнь отступает, и чернота забытья пока что мне не грозит. Я смотрю, как Исабель уходит и чувствую себя дураком. Все эти эмоции, все эти откровения… Дурак как есть. Бесцельно хожу по кабинету, верчу в голове историю Исабель. Бродяжка и скрипка, скрипка и бродяжка, которая так складно рассуждала о жизни. Мои мысли перескакивают на путешествия, с путешествий на людей, которых я встречал, на поиски, которые я так долго вел и на всю мою обширную переписку.

Я позволяю себе подумать о том, что много дней держал в дальнем закоулке памяти. Я жду письмо. Весточку издалека, от которой, в прямом смысле, зависит моя жизнь. Ведь, если повезет, если трактаты, которые мне прислали, верны, если все подтвердится, то… я нашел способ умереть. Я ведь все еще хочу этой смерти, не так ли? Снова возвращаюсь мыслями к Исабель и ее матери. А ведь я знаю, у кого спросить. Я разыскиваю Ленно, он как раз чистит пруд. И прошу, как закончит, зайти ко мне в кабинет и сразу же пойти и отослать одно письмо, срочным отправлением.

Жан-Жак уже стар, но наша переписка интересна, как и прежде. Много лет назад этот проныра основал ставший очень популярным листочек городских сплетен. Сейчас это уже солидное издание, во главе которого стоит сын Жан-Жака. И уж если у кого и искать нужную мне информацию, так это у него. В мире старых и новых слухов, сплетен, новостей и секретов Жан-Жак до сих пор чувствует себя как рыба в воде.

Я беру бумагу, перо и сажусь писать. Вопрос мой будет звучать странно и скупо, но Жан-Жак такое любит.

Я хочу спросить у него про девушку, по имени Лисавет, которая могла сбежать из дома, скрипку, герб с изображением солнца и какой-нибудь скандал. Потому, что в историю о бродяжке-артистке я верю все меньше и меньше

На крыльце дома сидел Жель. Прямой как палка, в запылившейся сутане, но собранный и спокойный, как всегда.

- Жель! – Исабель подбежала ближе. В последний момент она сдержалась, чтобы не обнять освященника и степенно склонила голову.

- Здравствуй, Исабель, - под глазами Желя залегли тени, а на щеках выступила щетина, должно быть он только приехал и сразу зашел к Исабель.

- Как отец? – выпалила Исабель. – С ним все хорошо?

Освященник кивнул.

- Как я и обещал, я убедился, что Мелех устроился на месте. Я взял на себя труд побеседовать с храмовыми лекарями. Они уверены, что смогут ему помочь и полностью вылечить.