С точки зрения Чудовища

Погрязший во грехе он тащил за собой невинные души и за это боги покарали его. Наслав пожар, унесший с собой и его красоту, и его жизнь. Ведь что осталось ему? Жалкое существование, тяжесть неискупленных грехов! Неужели для моих прихожан это пример? Неужели решили они пойти по этой зловонной дорожке, стоило мне уехать на несколько дней? Вы забыли про богов, про храм, про чистоту молитв?!

Исабель почувствовала тошноту. Она не понимала, к чему Жель вдруг решил вспомнить про Винсента, к чему привел его пример – неужто не зайти поставить свечу грех, приравненный к распутству? Но виконт точно не был жалким и омерзительным! Освященник не знал его! Как вообще можно говорить так о том, кто не может прийти и защитить себя? Да, Винсент бывает несдержан, но чего ждать от человека, двадцать лет запертого наедине со своими мыслями? Ни разу, ничем виконт не сделал ей больно или плохо!

Исабель дернулась вперед, чтобы ответить Желю, перебить его, и тут же кто-то сильно дернул ее за руку.

Обернувшись, девушка увидела, что позади нее стоит Агнес.

- Стой спокойно, - прошептала та, не сводя глаз с Желя.

- Агнес? Что ты тут делаешь? – прошептала в ответ Исабель. Голос освященника начал отзываться головной болью.

- Пришла на проповедь. Ваш освященник не в пример нашему, все по делу говорит, ясно, с огоньком. Да что-то сегодня огонек его горит как злой пожар. А ты молчи.

- Но…

- Молчи, - повторила Агнес. – Он на тебя смотрит. И ты повернись к нему и смотри. Не знаю, чем ты задела его, Исабель.

Агнес была права. Исабель повернулась обратно, лицом к алтарю, и сделала вид, что слушает Желя. Мысленно она представляла себе сад Лозы, тихую часовню, запах книг в библиотеке и поле, через которое пойдет к поместью. В этот раз проповеди освященника не удалось достучаться до ее сердца.

По окончании Исабель хотела сразу уйти вместе с Агнес. Тем более, у женщины за спиной висел объемистый мешок, в котором, как она сказала, были платья Лисавет.

- Ты торопишься, Исабель? – освященник не сводил с нее пытливого взгляда. – Не останешься, как обычно, помочь убрать алтарь? Я как раз хотел узнать, дочитала ли книгу, что я давал. И какие у тебя есть вопросы.

- Прости, Жель, - Исабель постаралась изобразить добрую улыбку. Вышло не очень – все внутри нее протестовало против резкой проповеди освященника.