Гостья

Это не просьба. Это мольба, – сглотнул я, силясь не расплакаться, как какая-то девчонка.

Что сбился? Отвлекся на пацана, который протянул к тебе пухлую ручонку? Нет, ты должен его ненавидеть. Он отпрыск Титова.

– Не надо! – Полина так истошно взвыла, что у меня свело скулы и я не моргал, потому как в глазах скопилась влага.

– Умоляю тебя, – шепнул ей. – Ты не простишь никогда. Я не прощу себя никогда, слышишь? Но, хочешь ты этого или нет, я буду рядом. Буду до скончания, блин, века, пока не сдохну. Это клятва!

Клятва пацана? Ну всё, забились.

– А теперь, Полина, ты оденешь своего пацана для прогулки. Дашь бутылку и как ее там… Соску, блин, – мне не верилось собственным словам, что на самом деле автоматически выплевывал на удивленную Полину мой болтливый рот.

Да, Поля офигела! Ее слезы высохли, а рот открылся в изумлении.

Бинго! Едем дальше… Не даем шанса одуматься.

– Не переживай, Астафьева, – зачем-то ляпнул ее фамилию с видом ужасно серьезного строгого чувака. – Не ссы, короче.

Я умею обходиться с мелкими. Слово даю. Короче, мы будем гонять на коляске столько, сколько твой пацан выдержит. А выдержать он может – мама не горюй…

Ты сейчас правда решил шуткануть? Рожа ты дебильная.

– Он явно может долго продержаться, ибо очевидно, что мелкий сел тебе на шею и погоняет, хотя точно не страдает от голода.

Ты что, сейчас назвал ее сопляка «жирным», боже, да заткнись!

Полина горделиво-обиженно вскинула подбородок с явным намерением послать меня на хуй.

– Не тяни резину, Астафьева. У меня свободного времени хоть жопой жуй, а вот у тебя – нет. Дуй спать. Это не просьба, а приказ, ясно?

Придержи коней, дубина. Ты командуешь девушкой, к которой только что нанялся в рабство.

В глазах Полины явно застыл как невероятный интерес к моей внешней трансформации в викинга-бирюка, так и обдумывание заманчивого предложения.

– Ладно, – прошептала одними губами она, все еще не веря в происходящее.

Давай, добей ее!

– И этой ночью ты не поднимешься с кровати.

Ты, Астафьева, будешь дрыхнуть как сурок, а утром примешь самый долгий душ в своей жизни. И, если пожелает Ваша Светлость… – процитировал ее потешные слова из той жизни, когда она на полном серьезе собиралась отравить меня свининой. – То я припомню, как топить мою баню.

– Мою, а не твою! – с победоносным видом фыркнула хитрая кошка, глазки которой уже сделались насмешливыми и нагловатыми.

– Твою баню, повелительница Астафьева.