Междукнижие. Армелонский цикл

Но как же хотела… Хоть раз… Попробовать…

– Ты вроде плавать собирался, – буркнула она, зная, что не права, но не сумев справиться с собой. – Вот иди себе и плавай! А мне дай спокойно полежать!

– А если меня какая-нибудь рыба к себе в гнездо унесет? – поинтересовался Хедин, лениво поглаживая ее по голове. – Где будешь искать любимого мужа? Или бросишь на растерзание, обессилевшего и беззащитного?

– Был бы обессилевшим, не морем бы сейчас грезил, а кроватью, – фыркнула Ана. Теперь, когда вожделение немного улеглось, ее накрыло стыдом.

А если кто-то все-таки… Да даже просто услышал? Такое личное… Такое..

– От кровати я тоже не откажусь, – снова извратил все на свой манер Хедин, и Ана сердито дернулась, желая поскорее добраться до платья и прикрыться им. Однако Хедин ее удержал. Приподнял голову, заглянул ей в глаза. – Я тебя обидел? – прямо спросил он. Ана первой отвела взгляд. Сама же согласилась – чего теперь святую невинность из себя изображать? Да и не на мужа она вовсе сердилась: он-то сделал все, чтобы она не пожалела об их новом безрассудстве.

И Ана… не жалела… За то и злилась. – Прости, не надо было мне настаивать. Надеялся, что ты тоже… – тут он замолчал, мотнул головой. Прижался губами к ее виску. – Прости!

Ана почувствовала раскаяние. Ну что же она за человек такой? Нет бы признаться, что любимый снова свел ее с ума, а она вместо этого набросилась на него, скрывая собственное замешательство. Еще решит, что ей не понравилось.

И не станет больше ничего придумывать. Нет уж!

– Пошли! – Ана все-таки вынырнула из его объятий и потянула к морю. Рассмеялась, глядя в его изумленное лицо. – Я тоже! Я с тобой всегда тоже! Я… – наглости произнести такие слова все-таки не хватило, поэтому Ана лишь звонко чмокнула мужа в щеку. – Обожаю тебя! Выдумщик!

– Сумасбродка! – только и пожал плечами Хедин, прежде чем броситься за ней в теплые воды Южного моря.

Ана и Хедин: Южные страны - 3

Ана с удовольствием рассматривала мужа, а тот только фыркал и вполголоса посылал проклятия в адрес того, кто изобрел подобный наряд.

Рубаха с широченными рукавами, мешковатые штаны, плотный жилет, стесняющий плечи, и красный пояс с бахромой – совсем уже неуместной для воина. На День Солнцестояния жителям полагалось надевать праздничные одежды, и Хедину с Аной, желающим попасть на вечер танцев, пришлось подчиниться местным правилам.