Неправильная ведьмочка или некромант на задании

Но если я думала, что наши приключения на сегодня закончились, то глубоко ошибалась. Как только мы достигли машины, Никита взъелся на Емельянова, отчитав того словно школьника за беспечность, неосторожность и применение неподходящих ведьмовских заклинаний на сущности подреальности. В красках расписал ему, где и в чём тот был неправ и как подставил нас всех, активизировав проклятие своим легкомыслием. На удивление Емельянов стойко всё стерпел, он не скрывал своих эмоций, но не сказал ни слова на наглость, проявленную капитаном Черновским.

Даже воздержался от угроз и лишней патетики. Но и слов признания вины или извинений также не было произнесено. Получив подтверждение дальнейших планов, он, не прощаясь сел в свой БМВ и уехал.

Но и после этого Никита не успокоился и уже решил довести меня до кондратия. Нет, мне он ни слова ни сказал, ни похвалы, ни обвинений, а прямо у меня на глазах открыл чудом сохранившийся целым контейнер и вскрыл Хранителя!!! Вот так, просто молча развязал тесёмки и открыл мешочек.

И проделал он это так быстро и ловко, что я сообразить ничего не успела, как некромант согнулся в три погибели и гулко застонал.

– Никита!!! – я бросилась к нему, выхватывая уже пустого Хранителя и отбрасывая в сторону.

Он не отвечал, держался за живот обеими руками, припав к машине.

– Никита, что… как помочь? – я тут же пустила сканер, но тело было здоровым, потрёпанным, ослабленным и на энергетическом минимуме, но никакой зримой физической боли.

Видение, в Хранителе сохранились последние минуты жизни убитого, и это видение сейчас засасывает его также, как когда‑то засасывало меня. Пробившись внутрь своего резерва, я потянулась к нему некромантией, путы магии словно цепкие крючки зашарили в пространстве, ища дверь в подпространство нереальности, пытаясь проникнуть в иллюзии, охватившие воспалённое сознание некроманта. Словно пробираясь сквозь капустные слои, я проникала в энергетическую прослойку Никиты, пытаясь достучаться до центра, но постоянно натыкаясь на всё новые и новые преграды.

– Никита! Никита – я звала его, пытаясь дозваться, пробиться сквозь транс. – Никита, отзовись, выйди на свет!

– Уйди! – грозный возглас и ударная волна, исходящая от Черновского вышвырнула меня из его головы.

После всего пережитого сегодня в глазах заиграли звёздочки, а в голове взорвался фейерверк.