Вечера Бездны

— А если, — я тихонько тронула Ардена за локоть, — и у тебя есть вторая пара?

Арден вытаращил глаза и содрогнулся:

— Помилуй Полуночь!

На нас зашикали, и он повторил уже шёпотом:

— Помилуй Полуночь! Ещё одна такая — и проще будет повеситься.

Это звучало довольно недружелюбно. Но я знала, что на самом деле Ардену ужасно нравится, когда я вредничаю; а если я перехожу какую-то невидимую грань, у нас случается обычно очень хороший вечер. Поэтому я улыбнулась, подставила лицо солнцу и протянула:

— А я бы вот не отказалась.

Какой-нибудь хорошенький горностай, ммм. Он не был бы против того, чтобы я работала в поли…

— Кесса!..

На него опять шикнули, а я негромко засмеялась.

Про полицию я думала целую неделю, и всю эту неделю Арден вздыхал и пытался пугать меня чернушными историями с работы, чем взбудоражил ещё сильнее: ласке хотелось драк и хулиганить, и она не была готова размениваться на какую-то ерунду вроде куриных крыльев из бульона.

А потом мастер в университете нашёл-таки в моём артефакте ошибку.

И, просидев за камнями сутки без малого, но заставив-таки погодник показать верную температуру, я потеряла к глупым расследованиям дурацких преступлений всякий интерес. По крайней мере, на какое-то время.

На сегодня прибор предсказывал гололедицу.

Сказки о Тощем Кияке

Всякий знает Тощего Кияка, большого путешественника.

Тощий Кияк исходил столько дорог, сколько иному из нас и не снилось. Тощий Кияк бывал в таких местах, в которые нет ходу обычным людям.

Иногда кажется, что Тощий Кияк сам и есть дорога, и любой поворот — всего лишь его руки движение.

В своих путешествиях Тощий Кияк встретил много поразительных существ и пережил бессчётно удивительных приключений. И вот однажды…

❡❡❡

Как Тощий Кияк потерял друга

Однажды Тощий Кияк, устав от долгого дневного пути, остановился на ночь на окраине Багрового Леса. Про Багровый Лес говорили, будто он вовсе мёртвый, и все деревья его облетели, а стволы сделались цвета крови.

Но Тощий Кияк знал, что и такие ветви цедят собой ветер, что и такие кроны ловят собой дождь. Потому, ничего не боясь, он остался в Багровом Лесу, лёг на запылённую пеплами землю, да и уснул.

Ночь в Багровом Лесу тоже была багровая. Небо стало глухое и красное, а злые травы взалкали плоти. Но хуже всего было то, что из корявых теней Багрового Леса в ночи рождались багрянцы, дикие хищные твари, которым всё равно, кого жрать: других или себя.