Разожги мой огонь

Защитница выискалась! Заместо того, чтоб родному селению помочь, гнев хозяина вулкана на него навлекла.

— Я не со зла! — дернулась, чтоб высвободиться. — Все одно ведь никому не скажу о Весте этой. Тайна со мной в могилу уйдет!

Замер хозяин вулкана, дернул за руку, к себе привлекая.

— Не смей ее имя произносить, — велел тихо, но зло. — Никогда.

И хотя от страха сама не своя была, видела, что он этой Вестой словно одержим. Из глубины глаз боль так и сквозила. Неужто дрогнуло каменное сердце хозяина вулкана к одной из своих пленниц? Неужто и чудовищу из-под горы что-то светлое ведомо?

Но развеял тотчас все домыслы, с силой тряхнув меня.

— Уяснила?

Прищурилась, вскинула голову выше и произнесла:

— Хоть ты и хозяин вулкана, а сердце у тебя ледяное!

— А я иного и не говорил, — был ответ, а после вновь повел по коридорам, будто провинившееся дитя.

До того страху сама на себя нагнала, что не сразу и осознала — втолкнул меня хозяин вулкана в мои же покои, отпустил. Встал напротив, придавливая к месту взглядом, пока растирала онемевшую руку.

— По чертогу моему ходить не смей, — угрожающе произнес. — Огневика вопросами не изводи. Не для того ты здесь.

— И что же мне делать? — вышло жалобно, и сама на себя рассердилась за то. Нахмурилась и произнесла твердо: — Проведи обряд. Не мучай еще больше. Ни меня, ни себя.

Вздрогнул после моих слов. Или помстилось?

Дрогнули губы, а потом с них слетело:

— Завтра.

Только еще один взгляд на меня кинул и, развернувшись, вышел.

Чувствуя, как в груди жар разливается, трясущимися руками взяла со стола бутылек с микстурой и сделала щедрый глоток.

Надеялась, полегчает, но не тут-то было — будто внутри что лопнуло, и кашель такой сильный напал, что пришлось ухватиться за спинку кровати, чтоб не упасть.

***

— Завтра. К обряду все подготовь, — велел Огневику, который уж за дверью крутился. И чего он так к девице этой прикипел?..

Сжав руки в кулаки, пронесся мимо шарахнувшегося в сторону духа и направился туда, где каждый свой день заканчивал.

Туда, где камень могильный. Туда, откуда невесту свою нынешнюю прогнал.

Только приблизившись к могиле, смог вдохнуть спокойно. Внутри будто что разжалось. Хоть совсем отсюда не уходи, а ложись рядом. Да только не поможет. Пытался уже.

— Веста... — шевельнулись губы. Так тихо произнес, что и ветер не услышал бы.

Коснулся холодного камня, закрыл глаза, да и стоял так, пока вся злость не вышла. И сам не мог теперь объяснить, отчего столь сильно на девицу разозлился.