Разожги мой огонь

То ли оттого, что место его тайное нашла, то ли оттого, что Весту ему напомнила.

Да не Веста это. Хоть и похожа девица, вот только у Весты глаза пусть и голубые были, но кроткие, беззащитные. А у Лиссы сияют, будто небо в безоблачный день, — прозрачные, искристые, ясные. А в глубине их — непокорность, бесстрашие и вызов. Ему, хозяину вулкана, которого все окрестные долины боятся. Еще и с обрядом торопит, подумать только!

Раздраженно дернул плечом, глядя на могильный камень.

Злился потому, что судьба ее одна ждет — смерть и забвение. Не останется после нее ничего. Погаснут ясные глаза, закроются навек. И жертву ее забудут, как забыли тех, других. Ту, другую.

Не в силах оставаться у могилы, широким шагом вернулся в свой огненный чертог, набросил на плечи темный плащ с глубоким капюшоном, кошель с монетами в карман сунул, внизу, в конюшне, вскочил на коня и спустился в долину, в селение Ильштар, откуда девица родом.

В селении праздник шел второй день. Надрывали струны инструментов уличные запевалы, взрослые драли глотки не тише, а ребятня, которой родители позволили до глубокой ночи не спать, так и сновала вокруг, норовя под копыта Редрикова коня попасть.

А хозяин вулкана лишь мрачно смотрел на веселый люд, заполонивший улицы. Радовались в селении тому, как удачно от чудовища из-под горы откупились.

Ближайшие пять лет окрестные долины могут спокойно спать.

Направил коня к ближайшему трактиру, спешился, бросил монетку мальчишке-конюху, чтоб о животине позаботился, и вошел в дымный зал.

В селение и из соседних долин съехались, и трактир был полон пришлого люда, потому на еще одного гостя никто и внимания не обратил. А Редрику только того и надо было. Нашел место в темном углу, велел трактирщице подать ему медовухи, сложил руки на груди и откинулся на лавке — благо, позади стена была.

Мрачно улыбался, наблюдая за пьяными выходками гостей — то-то бы удивились, узнав, что чудовище из-под горы на их праздник пожаловало.

— Девчонка чахоточная была, я тебе как внук знахарки говорю! — донеслось слева.

Редрик медленно голову на голос повернул.